- Почти всегда очень спокойна, да. Но сейчас - нет. И это опасно, - Нейтель с сомнением посмотрел на своего помощника. - Всё не привыкну, что тебе можно говорить больше. Грата очень талантлива. Но как всякий талант, он имеет обратную сторону. Осотэ-рин. Буквально “магия моей воли”. Ее особенность в том, что маг, как правило, крайне подвластен своим эмоциям. Взрослые, владеющие этим искусством, - большая редкость. Умирают в детстве, как ты понял.
- Мне казалось, что маг сам выбирает, чему учиться, на чем сделать упор…
- Не без этого. Но у каждого есть к чему-то талант, а люди свои таланты любят, хоть порой и боятся их. Так вот, у таланта Граты есть оборотная, весьма неприятная, сторона. И по сравнению с тем, как она владела собой, когда мы познакомились, считай, что, - мастер помолчал немного, подбирая слова, - что она и сейчас спокойна как мыс на Острове. Мне, конечно, в какой-то мере лестно, что Грата переживает, но, скажем так, намного спокойнее, когда ей спокойнее.
- Она может заставить пленницу говорить? - еще только спрашивая, Денет уже знал, что он не прав, а Нейтель покачал головой, подтвердив его сомнения.
- Если бы всё было так просто… Заставить ее навредить себе - может. Говорить правду - нет, - мастер вновь покачал головой. - Мы проверяли как-то. Слышал бы ты ту околесицу, которую нес Гестер… Грата может вложить свои слова в чужие уста, но заставить говорить правду - нет. Как только она возвращает человеку волю, он молчит. Так что тайная стража здесь более полезна, чем Грата.
Шум под окнами привлек внимание юноши. Он выглянул и увидел невысокую женщину, которая уверенно отчитывала стражников на площади. За что именно, ему не было слышно, но по позе мужчин и тому, как споро они подчинились, он понял, что дама имеет право им указывать.
- Не иначе кто-то из Семьи пожаловал - так запросто указывать…
- Пейтен, - рассмеялся мастер и поморщился, коснувшись повязки. - То ли еще будет.
***
Она стояла, широко расставив ноги, посередине кабинета, пристально глядя на Нейтеля. Одна рука лежала на рукояти клинка, другая - уперта в бок. Ростом она едва ли была выше Граты. Длины неровно остриженных темных волос едва хватало, чтобы собрать их в хвост.
- Почему на твоей территории я всегда чувствую себя не столь уверенно? - задумчиво спросила глава тайной стражи, глядя себе под ноги.
- Это тебя надо спросить, Пейтен, - хмыкнув, ответил мастер.
- Всё ещё Пайстен. Пейтен можно только тебе и не при посторонних. И то - пока мне не надоест.
- Это была для тебя ремарка, Денет, - прокомментировал Нейтель, а женщина резко повернулась и посмотрела юноше в глаза. Тот невольно вздрогнул - ему показалось, что пожаловал второй Миритер и безопаснее быть невидимым.
Ее лицо сложно было назвать примечательным или красивым. Но на нем, словно два неумолимых черных луча, выделялись глаза. Казалось, что они прожигают насквозь все, на чем сфокусируются. Просто чтобы узнать, что внутри.
- Так это ты - помощник Нейтеля, который дерется лучше него самого?
Денет почел за благо не отвечать, как будто вопрос нес больше угрозы, чем заинтересованности.
- Денет, Пайстен, к нашему счастью, из тех, “кому можно говорить больше”.
Юноше всё казалось, что ещё немного и его сожрет хищный зверь, но он собрался и ответил:
- Не лучше. Иначе. Почему Пейтен?
- Он дерзкий, а я терплю. Пока что.
- Была такая дама на севере. Всё её боя… уважали.
Денет медленно кивнул, соглашаясь со всеми ответами. В конце концов, они отлично дополняли друг друга, как и мастер с главой тайной стражи.
- Как голова? - Пайстен резко повернулась к Нейтелю.
- Как и плечо - побаливает.
- Если тебя это подбодрит – от ваших с Симетом развлечений теперь у Миритера голова болит, а значит и у меня…
- Так мило, что ты за меня переживаешь, - усмехнулся мастер.
- Переживаю. Чаще, чем хотелось бы, - женщина уселась в кресло и облокотилась на стол. - Скажи мне что-нибудь новое.
Мастер молчал долго, смеривая взглядом собеседницу.
- Я мало, что знаю. В основном то, что мне рассказали.
- Но свои-то глаза у тебя есть?
- Есть сомнения, что нападавшие были наёмниками.
- Только сомнения?
- Скажем так: учитывая их навыки, я бы нанял кого-нибудь другого.
- Может, не предполагали, что с казначеем будешь ты?
- А зачем напали? Дождались бы, пока он будет один - и вперед.
- Да уж, пока только одни сомнения, - задумчиво резюмировала Пайстен.
- Мир ошибку сделал, породив его, - задумчиво сказал Денет и пояснил: - Это не мои слова. Так сказал тот парень, которого мы поймали. То есть убили…
- Про мастера-казначея много всего говорят, но ничего столь поэтичного, - хмыкнув, ответила Пайстен. – А вот про тебя, Ней, я слышала подобное не раз.