- Откуда ты вообще столько знаешь о нападении?
- И это тебя волнует? Серьезно? - девушка рассмеялась. - Во-первых, весь город встал на дыбы. А во-вторых, давно ли ты пил со стражниками или служащими?
Денет покачал головой. Он уже понимал, к чему ведет его собеседница.
- Ну так вот – проблема не разговорить, а заткнуть. Каждый второй, правда, если не помогал вам отбивать нападение, так гнался за беглецами через весь город и почти их настигал. Но общий смысл уловить можно. Итак, - подвела итог девушка, - я загляну к мастеру вечером обсудить детали. Надеюсь, он еще не допил содержимое той заморской коричневой бутылки.
- Нет, он не допил, - Денет хмыкнул. - Ты допила. В свой последний визит.
Дейна не ответила и не попрощалась - резко поднялась, улыбнулась и направилась к повозкам. Она делала вид, что все происходящее ее веселило и мало затрагивало, но Денет видел напряженность и нервозность, сковывавшие девушку, видел, как она бравирует храбростью и равнодушием. Ему все чаще представлялась маленькая испуганная девочка, которая отчаянно хотела стать сильнее, но ее хватало лишь на почти правдоподобное представление.
***
Таробан сверкал и искрил под ярким летним солнцем. Жители радовались первым жарким дням, которые не успели еще приесться, забраться в самые темные забытые уголки и раскалить до красна пыльные улицы. Отремонтированные и вычищенные фонтаны привлекали детей, окна домов были распахнуты настежь, будто бы стремились привлечь как можно больше той теплой легкости, какая свойственна лишь самому началу лета.
В поместье Мерсинель, ухоженном в преддверии праздника Солнца, напротив - все ставни были закрыты наглухо, шторы задвинуты, а внутри царила неожиданно приятная прохлада. Огромное помещение некогда бывшее библиотекой и заполненное редкими и удивительными книгами, сейчас скорее представляло собой дополнительную гостиную. Бывший владелец не желал подчиняться новому правителю города, сопротивлялся до последнего и постарался уничтожить свое поместье, лишь бы только оно не досталось его врагам. И если трупы погибших можно было вынести, стены отремонтировать, а окна вставить обратно, то восстановить сотни редчайших томов возможным не представлялось. Теперь бывшая библиотека, расположенная в глубине поместья, с единственным входом, закрытым двумя прочными дверьми, стала почти идеальным местом для тайных уроков магии.
Амит в расстройстве отшвырнула лист с начертанным на нем эскизом причудливой руны. Он, медленно планируя, опустился на ровный мозаичный пол.
- Я не смогу, Ней. Это слишком сложно.
- Сможешь. Сколько ты пробовала? Дюжину раз?
- Больше! - девочка горела желанием научиться, но неудачи расстраивали ее настолько сильно, что, казалось, она хотела бросить любые попытки.
Ней поднял с пола листок, перевернул чистой стороной, положил на стол и постучал пальцем:
- Продолжай. На некоторые руны у меня уходили месяцы. На другие — минуты. Как у тебя, например, на «северный цветок», - напомнил он девочке.
Амит кивнула, подняла перо и прикоснулась им к бумаге, но застыла в последний момент:
- А зачем? Я могу легко зажечь все свечи здесь, заставить их летать, и... - девочка задумалась.
- И что дальше? Стихийная магия эффектна и проста, но маг вкладывает огромное количество энергии, когда можно построить одну-две руны.
- Но твои руны сами появляются на полу, а я рисую на листке. Я хочу как ты!
- Сможешь, - Ней мягко улыбнулся, - и даже больше. Когда выучишь хотя бы половину, поговорим, как мои руны появляются на полу.
Амит грустно посмотрела на толстый потрепанный том, обложку к которому давно заменили, а изнутри были видны листы другого размера и цвета, то ли замененные, то ли добавленные к оригиналу. Девочка уже скучала по тем урокам, когда Ней учил ее первому обращению с магией, той самой «маса-рин», когда всё получалось максимум с пяти попыток. Теперь же у нее в голове крутился десяток рун, как будто и несложных, но стоило отложить книгу, и нарисовать их становилось безумно трудно.
Некоторые на самом деле давались проще. Когда «северный цветок», воздушный и светящийся, медленно всплыл над листом, Амит не могла нарадоваться и рисовала его снова и снова. Ней терпеливо дождался, пока очарование от первой сразу сработавшей учебной руны пройдет, и предложил девочке несколько более сложных.
Амит быстро поняла, что чем сложнее сама руна и чем больше времени ей нужно на освоение, тем больше удовольствия она получает, когда видит получившийся огненный цветок, или маленький ледяной вихрь, или устраивает небольшой потоп на столе. Иногда она просила Нея «сотворить чудо», и он не отказывал. И девочка, видя, на что может быть способна в будущем и она сама, жаждала учиться дальше. Это не отменяло сложности той руны, которую она старалась освоить сейчас, но помогало ей не сдаваться после одной неудачи, следующей и еще десяти после.