Денет представил, что бы он почувствовал, окажись вновь тем, кем был еще совсем недавно, и внутренне вздрогнул. Его новые способности позволяли ему ощущать себя сильнее большинства, дарили уверенность, что при любой неприятности, он будет знать, что делать. И для этой уверенности их не требовалось применять. Пожалуй, и без них Денет с большой степенью вероятности справился бы с ситуацией, но эти возможности быстро стали частью его личности, опорой, о которой он и не задумывался, к которой успел привыкнуть. И эти же ощущения стоило увеличить на порядок, если речь шла о человеке, жившем с магией, осваивавшем ее с детства, достигшем высот, о каких большинство современных магов не смело и мечтать.
***
Нейтель недолго сопротивлялся прежде, чем рассказал, где искать Арока. И скорее хотел лишь убедиться, что Тея не сотворит что-нибудь непростительное.
День предыдущий все еще давал о себе знать. Хотя перемещалась в пространстве женщина уже довольно уверенно, прибегать к магии было рано. Этому Тея была даже рада – она так до конца и не понимала цели своего визита. Лишь надеялась, что слабость и скромные запасы силы не дадут в случае неприятности спалить гостиницу дотла.
Арок собирался в путь и складывал вещи. Если так можно назвать раздраженное зашвыривание предметов в дорожные сумки. Тея сняла шляпу, оперлась плечом о дверной косяк и проверила браслет с возвратным амулетом.
- Куда он в этот раз тебя отправил?
Мужчина вздрогнул и резко обернулся.
- Тея… - его лицо расслабилось, он неловко улыбнулся и шагнул навстречу. – Ты… Я… я рад, что ты в порядке.
- Теперь да, - женщина прошла в комнату, села на кровать, закинула ногу на ногу и оправила подол платья.
- Я так испугался за тебя. Этот взрыв… Я просил Нея найти тебя…
- Он нашел. А ты уезжаешь. Куда отец отправил тебя теперь?
- Почему сразу отец? Я решил, что тебя нет в Таробане уже…
- Во-первых, ты так складываешь вещи только когда делаешь что-то, чего сам не хочешь. А во-вторых… - Тея потерла почти выздоровевшее плечо, которое все равно тянуло и ощущалось так, словно в нем застрял штырь, - ты ничего не решаешь сам.
- Ты все не уймешься, - Арок разом помрачнел. – Поедешь со мной? Или ты остаешься здесь с Неем?
- Не с Неем, - Тея покачала головой. – Но остаюсь. С людьми, спасшими мне жизнь, когда Джанар попытался ее отнять.
- Нет, он не мог! - Арок отшатнулся. – Он… Джанар сам был шокирован. Поверь мне – он не желал тебе зла.
- Тем хуже для него. Мне все равно. Это или был его приказ, или его солдат не подчиняется ему. Как по мне – одинаково дерьмово.
Женщина медленно встала и оперлась рукой о небольшой сильно потертый стол.
- Я только хочу, чтобы ты знал, что Ней меня нашел, передал, как ты сильно тревожишься, и что я пока остаюсь здесь. Отцу можешь сказать, что сочтешь нужным. С меня хватит ваших политических игр. Да, кстати, я не буду шпионом семьи в Таробане. Делайте, что хотите.
- Я думал, ты успокоишься со временем…
- О, я спокойна, - Тея расхохоталась. – Это мое решение, вполне обдуманное и взвешенное. И мне не нужна ваша поддержка. Отныне – каждый сам по себе.
- Постой, прошу тебя. Ты же знаешь, что отец этого не поймет. Он может решить, что ты предала его.
- Пусть так. Я следую заветам нашего деда. Я считаю, что это отец предал нашу семью. Ему стоило задуматься, когда все, кого он учил и воспитывал, сбежали как можно дальше. Нейтель был единственным, кто поддерживал с ним связь. Я ничего не путаю? Но ведь и он что-то не горел желанием работать агентом даже не самого Тейго, а его нового друга. Хотя я понимаю Джанара – он хочет вернуть свой город, свои земли… Но Ней не стал ему в этом помогать. И я не буду. Есть в мире вещи более важные, чем межсемейные дрязги. Надеюсь, со временем ты успокоишься и поймешь это.
Тея вернула брату его слова. Ей было неприятно разговаривать в подобном тоне, но Арок не оставлял иных вариантов. И его убежденность в правильности поступков отца раздражала женщину. Ей казалось, что от знакомого ей человека в нем осталась только внешность. Его усталое упрямство не было похоже на убежденность человека, ведомого своими правилами и законами.
Арок, сколько Тея знала его, преследовал свои цели, пусть не всегда понятные и очевидные окружающим, но искренние, напрямую следовавшие из его собственного кодекса. Что настолько сильно привязало его даже не к ценностям семьи, но к новым идеям их отца, противным всему, чему тот с детства учил их обоих?