Минато с пониманием выслушал Марибель. Закончив говорить, мечтательница горько вздохнула. Она словно хотела заплакать, но слёз больше не осталось, а боль всё не унималась и продолжала разрывать сердце. Минато дал ей некоторое время, чтобы немного успокоиться, а затем заговорил.
— Я не знаю, как сложится твоя дальнейшая судьба, — начал он, — но одно могу сказать точно: в тяжёлые времена всем, даже самым сильным, нужна поддержка. И если тебе понадобится помощь, ты всегда можешь ко мне обратиться.
Марибель практически подскочила на месте и удивлённо захлопала глазами, глядя на Супер Повелителя персон. Тот же лишь ободряюще улыбнулся. Девушка смущённо опустила голову и, стараясь скрыть лёгкий румянец, проступающий на щеках, тихо произнесла лишь одно слово, вложив в него всю свою благодарность.
— Спасибо…
***
Хитаги тихонько приоткрыла дверь и вошла в библиотеку. Здесь она ожидала увидеть привычную картину пустого помещения или какого-нибудь одноклассника с книгой. Впрочем, именно последний и предстал её взору. Правда, книга была у него не в руках, а на лице, прикрывая его глаза, словно ночная маска. Сам он сидел на стуле в дальней части помещения, запрокинув голову назад. Хитаги удивлённо захлопала ресницами, некоторое время пытаясь сообразить, что происходит. Наконец, сопение парня окончательно убедило её, что он спит. Супер Азартный игрок подошла к нему, осторожно коснулась его плеча и тихо позвала:
— Марти-сан?
От её обращения Марти всполошился и едва не уронил книгу себе на живот, но вовремя среагировал и поймал её на лету. Несмотря на своевременные действия, соображал он спросонья ещё не очень хорошо, так что некоторое время он недоумённо смотрел на стоящую рядом Хитаги снизу вверх. Девушка же укоризненно покачала головой и строго сказала:
— Ай-ай, Марти-сан! Как вам не совестно спать в библиотеке? К тому же, разве вы не слышали, как Тау отчитывала Арисато-сана, когда он на днях заснул в столовой? Она, между прочим, пообещала “за три подобных выходки казнить на месте, чтоб не повадно было спать в школе” и закрепила это в правилах, — Хитаги заложила руки за спину и хмыкнула.
Марти улыбнулся. За время её монолога он успел прийти в себя, и к нему вернулось привычное ехидство.
— Очень мило с вашей стороны беспокоиться обо мне, мисс Хитаги, thanks, — усмехнулся он. — Хотя сейчас вы напоминаете вашего брата.
Хитаги фыркнула.
— Я просто считаю, что это слишком глупая смерть, — заявила она. Некоторое время помолчав, она поинтересовалась: — А вы уже были на четвёртом этаже? На исследовании я вас не видела…
— Проспал, — криво усмехнулся Марти и развёл руками. Затем он подался вперёд и, подперев рукой подборок, поинтересовался: — А что, по-вашему там есть что-то, заслуживающее моего внимания?
— Ну… — начала Хитаги, подняв глаза к потолку, — две закрытые комнаты, явно связанные с Тау, кабинет химии с ядами, учительская-цветочная, пара классных комнат… — Хитаги быстро взглянула на Марти, проверяя, какой эффект произвели на барабанщика её слова: тот не выказывал особого энтузиазма и снисходительно смотрел на неё. Тогда Хитаги улыбнулась одной из своих загадочных улыбок и лукаво закончила: — … и музыкальная комната.
На этих словах Марти довольно улыбнулся, как наевшийся сметаны кот.
— Что ж вы сразу-то с неё не начали, мисс Хитаги? — с усмешкой поинтересовался он, откидываясь на стуле.
— А разве у вас в стране не принято оставлять всё самое вкусное на десерт, Марти-сан? — вернула ему лукавую усмешку Хитаги.
Марти пожал плечами. Затем он медленно поднялся со стула, потянулся, разминая затёкшие от неудобной позы конечности и растягивая позвонки, сделал глубокий вдох, словно готовясь к какому-то великому свершению, и объявил:
— Пожалуй, пора навестить барабаны. Давно я не держал в руках палочек. Так и разучиться недолго, а какой смысл в Супер Барабанщике, который не умеет играть на ударных?
— Пожалуй, вы правы, — согласилась Хитаги и тут же попросила: — Можно послушать?
Марти взглянул на неё: Супер Азартный игрок смотрела на него любопытным взглядом, от неё исходила аура заинтересованности. Не раз он уже видел подобный взгляд у десятков разных девушек, и ответ у него всегда был один и тот же:
— Пожалуйста. Why not?
Хитаги довольно улыбнулась и кивнула. Вдвоём они направились к музыкальной комнате. Хитаги шла немного впереди и поэтому не могла заметить подозрительную ухмылку на лице Супер Барабанщика. “Даже тут мне не дадут соскучиться”, — удовлетворённо подумал он.
***
Попросившись послушать игру Марти, Хитаги не думала, что получит от музыки столько удовольствия. Вообще, она была уверена, что не особо любит музыку в целом, но в этот раз всё было как-то иначе.
Марти за барабанными установками с палочками в руках смотрелся так же естественно, как снег на деревьях зимой. Парень будто был рождён для того, чтобы в определённый момент сесть за ударные и начать играть. А игра была поистине достойная: когда Хитаги закрывала глаза и вслушивалась, звук невольно пробирал её, и по спине пробегала волна холодных мурашек удовольствия, а в груди, напротив, разливалось приятное тепло. Можно сказать, что музыка в буквальном смысле задевала струны её души, отдаваясь яркими ощущениями в сердце. Когда же Хитаги наблюдала за Марти, это впечатление ничуть не уменьшалось — напротив, вид погружённого в любимое дело музыканта заражал его настроем. Сейчас Марти представлял собой живой контраст: на его лице соседствовали сосредоточенность и насмешливо-расслабленная улыбка, а движения рук резко менялись с медленных и ленивых на быстрые и энергичные.
В какой-то момент в помещение вошёл Дэймон, но не решился как-либо мешать Супер Барабанщику. Мечник тихонько пристроился в углу неподалёку от Хитаги, опёрся спиной на стену и, прикрыв глаза и скрестив руки на груди, стал слушать. Хитаги видела его довольную улыбку, из которой становилось ясно: Дэймон тоже наслаждается музыкой. Хитаги не смогла сдержать тихой усмешки.
Доиграв композицию, Марти решил сделать перерыв. Он отложил палочки и провёл рукой сквозь волосы, отчего его и без того растрёпанная причёска стала ещё растрёпаннее. Барабанщик тяжело дышал, но вид у него был счастливый. Чувствовалось, что он получал удовольствие от того, что делал. Хитаги сочла своим долгом поаплодировать. Улыбка Марти стала ещё шире. Тогда он повернулся к Дэймону и с искренним интересом спросил:
— А вы что думаете, мистер Хицугири?
От обращения Дэймон вздрогнул. Он отвернулся и, старательно скрывая некоторое смущение, признался:
— Ваш титул “Супер Барабанщик” полностью оправдан.
— Вот как? — Марти склонил голову набок. — Мне очень льстит, что при всей своей неприязни ко мне вы это признаёте, — он прикрыл глаза и кивнул.
Дэймон хмыкнул.
— Я просто умею разделять личность и творчество человека, — заявил он. Затем он уже более хмуро добавил: — И, кажется, я узнаю последнюю песню. Её содержание мне совсем не нравится… Это же The Rolling Stones? — уточнил Дэймон.
Марти в удивлении приоткрыл рот и некоторое время молча смотрел на Супер Мечника. Наконец, он тряхнул головой и с усмешкой признался:
— Вот уж не думал, что вы слушаете рок, мистер Дэймон. Я думал, вы больше по классике.
— Классику я как раз не особо жалую, — заявил Дэймон и с некоторым недовольством поинтересовался: — И с каких пор мы перешли на тот уровень общения, на котором друг друга назвают по имени?
Марти пожал плечами.
— Люди, разделяющие мои музыкальные вкусы, автоматически переходят на следующий уровень общения, — усмехнулся он. Затем он проговорил: — Хотя я могу играть всё, для чего требуются барабаны.
Хитаги следила за их диалогом с некоторым недоумением. Она совершенно не понимала, что Дэймону не понравилось в песне, но при этом её почему-то порадовал тот факт, что оба парня слушают одну и ту же музыку. “Кажется, между ними больше общего, чем они думают”, — подумала Супер Азартный игрок. Поймав паузу в их диалоге, Хитаги поинтересовалась у брата: