Медленно, но уверенно, он подошёл к Хитаги и взглянул ей в глаза. На его лице читалось осуждение.
— Сестра, — сухо начал он, — я ведь предупредил тебя, верно?
Хитаги тяжело вздохнула и неуверенно кивнула. Она прекрасно помнила их недавний диалог. “Нам нельзя выделяться. Ни в коем случае”, — звенели в голове слова Дэймона. Хитаги ещё не выяснила всю правду, но чувствовала, что в этом его лучше послушать. А теперь она своими действиями полностью разрушила то, к чему он стремился. “Не удивлюсь, если он сейчас отвернётся от меня”, — с горькой усмешкой подумала она.
Дэймон выдержал паузу. Его лицо оставалось непроницаемым. Наконец, он тяжело вздохнул и, с мученическим видом закатив глаза, проговорил:
— Ну почему ты меня никогда не слушаешь? За тобой нужно постоянное наблюдение.
От того, как он интонационно выделил слово “постоянное”, Хитаги невольно вздрогнула и резко подняла глаза. Уж не послышались ли ей нотки заботы в его голосе? Когда она увидела его выражение, она ясно осознала его решение: его губы искривила усмешка, страдальческая, но при этом абсолютно нежная и полная искреннего беспокойства. От переполнявших её чувств Хитаги не сдержалась и, заключив брата в крепкие объятия, воскликнула:
— Дей, ты самый лучший!
Дэймон смущённо отвёл взгляд. Марти усмехнулся. Внезапно послышался голос Эрики. Она была явно разочарована, и теперь скучающе протянула:
— М-да-а, Хицугири-сан. Эта ваша преданность просто щенячья. Вы сейчас так похожи на Октавиан-сан!
Хитаги отпустила брата и презрительно фыркнула.
— Ну куда уж вам до понимания, Фурудо-сан! — проговорила она и, уверенно взяв помрачневшего и растерявшегося Дэймона за руку, тихо, но твёрдо произнесла: — Не слушай её, Дей. Ведь мы оба знаем, что ты не просто собачка. Ты — мой маленький рыцарь!
И Хитаги, не говоря больше ни слова, направилась к выходу и потянула брата за собой. Он последовал с ней на ватных ногах. От последней фразы его буквально затрясло, и от кончиков пальцев отошло всё тепло, а в груди образовался натянутый комок ужаса. “Ты не права, сестра, — пронеслось в его голове, и по виску скатилась капля холодного пота. — У меня нет на это права… После всего, что я творю и буду творить… Как бы мне хотелось сказать тебе правду!”
Они уже скрылись из виду, а Марти ещё задержался, осматривая столовую. Наконец, он улыбнулся во все тридцать два и, махнув рукой на прощание, последовал за своими (теперь) товарищами.
— Удачи в поисках! — крикнул он. — А вы, мисс Эрика… — на мгновение он обернулся. С его лица не исчезала издёвка. — Пожалуйста, отправляйтесь к Дьяволу!
***
— А знаешь, Дей, — задумчиво произнесла Хитаги. — Тебе больше идут холодные руки.
Эта фраза была первым, что услышал Марти, когда нагнал Хицугири в коридоре школьной зоны. Хитаги задумчиво разглядывала ладони Супер Мечника, которые она так и не выпустила из рук, а он только и мог, что растерянно смотреть на неё. От его плачевного состояния не осталось и следа, потому что его полностью вытеснило удивление. “Ну, по крайней мере, ему лучше”, — с кривой усмешкой подумал Марти. Вслух же он вежливо начал, убрав руки за спину:
— А вы так быстро убежали, что я не успел и слова вам сказать.
От звука его голоса Хитаги встрепенулась и, отпустив наконец-то руки Дэймона (чему последний был очевидно рад), широко улыбнулась Марти. Тот же продолжил:
— Хитаги, спасибо, конечно, что вступилась за меня, но… Тебе оно надо?
Хитаги склонила голову набок и удивлённо спросила:
— А разве не так поступают друзья?
— Ты меня спрашиваешь? — Марти рассмеялся. — У меня ведь нет друзей, так что я не эксперт.
Хитаги растерянно приоткрыла рот и некоторое время смотрела на Марти. Затем она перевела взгляд на растирающего руки Дэймона и протянула:
— Де-е-ей?..
Дэймон искоса взглянул на неё и буркнул:
— Не знаю, у меня их тоже нет.
Хитаги удивлённо захлопала глазами. Марти также не ожидал такого ответа. Уж кто-кто, а Дэймон в его понимании был прекрасным товарищем, и потому ему было странно слышать, что у мечника вообще нет друзей. Дэймон ничего на это не сказал и отвернулся. Хитаги буквально вприпрыжку обошла его и, оказавшись напротив брата и взглянув ему в глаза, поинтересовалась:
— А как же твой сосед-итальянец?
— Хина, сколько раз тебе повторять, что он испанец? — раздражённо спросил Дэймон больше на автомате, чем из-за недовольства. Очевидно, что такой диалог происходил не впервые. Именно поэтому Марти ещё больше удивило то, как недоумённо переглянулись Хитаги и Дэймон, когда наконец-то осознали ситуацию. Марти растерянно почесал голову и усмехнулся.
— Да, кажется, вы действительно выросли в каком-то странном месте… — пробормотал он. Но недобрый взгляд обоих Хицугири заставил его перевести тему. — Кстати, Хитаги, ты сказала Эрике одну непонятную мне вещь…
В следующие секунды Марти наблюдал, как на лице Хитаги появляется жуткая улыбка. Она сделала шаг в его направлении, и ему неожиданно стоило большого труда не отойти назад. Что-то пугающее было в её выражении, что-то, что заставляло его инстинкты кричать об опасности. Марти решил как можно мужественнее выдержать это испытание в лице его нового друга, хотя на спине выступил предательский холодный пот. А Хитаги тем временем подошла практически вплотную, взглянула на него снизу вверх и с милой улыбкой, так контрастирующей с пугающим выражением глаз, проговорила:
— Просто ты действительно интересный. Ты даже не представляешь, Марти-сан, — на этих словах она погладила его по голове, как маленького ребёнка, хотя сама была практически на полголовы ниже, — как увлекательно выводить на чистую воду лжецов вроде тебя.
Марти вздрогнул. Хитаги мило усмехнулась и, резко развернувшись на каблуках, заявила:
— Ладно, я пойду раскладывать пасьянсы! А то с этими скандалами я как-то немного подустала…
И она пружинящими шагами побрела к лестнице. Марти и Дэймон проводили её растерянными взглядами. По виду мечника было очевидно, что он тоже никак не мог привыкнуть к такому поведению сестры.
— А она бывает пугающей, — изрёк Марти. — Сложно с ней, наверное?
Дэймон повернул к нему голову и долго оценивающе разглядывал. Марти, в свою очередь, также рассматривал Дэймона. Обычно его не особо интересовали другие парни, поэтому он отмечал лишь общие черты их внешности, но на этот раз что-то заставило Марти остановиться на товарище по лагерю: во-первых, его до сих пор удивляло, как Дэймон не похож на сестру; во-вторых, Марти не мог этого объяснить, но что-то было действительно не так с внешностью мечника.
— Она очень своевольная, — наконец прервал молчание Дэймон. — Например, я миллион раз говорил ей, что её тяга к вам не закончится ничем хорошим. И результат? — Дэймон нахмурил брови и скрестил руки на груди. — Мало того, что вы руки распускаете, так теперь мне придётся терпеть вас большую часть своего времени!
Марти рассмеялся.
— Ну, строго говоря, конкретно руки я и не распускал… — проговорил он, но, видя, что Дэймону не нравится эта тема, поспешил добавить: — А вообще, я вас прекрасно понимаю. Если бы к моей сестре приставал такой бабник-извращенец как я, я бы непременно свернул ему шею.
Дэймон удивлённо вскинул брови.
— А у вас есть сестра? — спросил он.
Марти вздрогнул. Он неловко откашлялся и быстро отвернулся, непроизвольно начав заламывать пальцы. Вопрос Дэймона пробудил ворох воспоминаний, от которых барабанщик ощущал практически физическую боль, и они навязчиво зажужжали, словно рой ос-убийц. Марти опустил глаза и тяжело вздохнул. Барабанщик помрачнел настолько внезапно, что Дэймон не мог перестать удивляться. Такое внимание совсем не понравилось Марти, и он резко сорвался с места в направлении своей комнаты, напоследок бросив короткое и сухое: