Прибывших гостей встречали вояка командирского вида и учёный, в придирчивости взгляда ни на йоту не уступающий первому мужчине. Как только Таченко покинул ЗИЛ, учёный бросился к нему, да с таким рвением, словно готов был завязать с капитаном драку.
- Потрудитесь объяснить, товарищ капитан, почему мой подопечный в таком виде?! – Не смотря на всю свою внешнюю грозность, мужчина обладал довольно высоким голосом, и вся его ругань выглядела неприятно только из-за наружного напряжения.
- Товарищ Волынец, рекомендую посадить этого красавца в какую-нибудь камеру. – Проигнорировав раскрасневшегося от ярости учёного, Таченко обратился к военному. – Во время поездки, он предпринял попытку завладеть транспортным средством, напал на водителя и пытался напасть на меня.
- Принял, Анатолий Степанович, устроим в изоляторе. – Мужчины, отдав честь, пожали друг другу руки, и только после этого капитан решил-таки удостоить вниманием местного учёного. – Ваш подопечный похоже был недостаточно подготовлен для командировки. Что ж вы таких сюда тащите? Ставите под угрозу свою же работу.
- Это какое-то недоразумение. – Мужчина всё не унимался, но возмущаться стал более вяло. Возможно понимал, что никто не застрахован от срывов, и рисковать делом ради какого-то лаборанта не собирался. – Я прослежу за его состоянием.
- Конечно. – Удовлетворённо кивнул Таченко.
Морф передал Корда в руки бойцов местной охраны. Они не проронили ни слова с момента прибытия, но какая-то оживленность, сверкнувшая в глазах бывшего командира в момент передачи охране, насторожила сталкера. Но обсудить свои опасения с ставшимися спутниками, майор не успел, прерванный громким капитанским:
- Идёмте!
Если в здание самого завода пройти было довольно просто, то на входе в лабораторию их процессия застопорилась. Все новоприбывшие бойцы проходили внутрь с помощью пропуска одного из бойцов местной охраны, и Морфей этому удивился. Если их привезли сюда для работы, разве не должны обеспечить личными пропусками? Возмутился про себя, но выспрашивать ничего не стал – рано дёргаться, не поняв всей ситуации.
Если их группа остановилась, спустившись на уровень ниже, то Корда повели дальше, и вскоре молодой учёный пропал из виду, скрывшись вместе с конвоем ниже по лестничным пролётам. Следом за ним, двое бойцов в сопровождении местного учёного пронесли небольшой металлический ящик, в который перед отправлением были спрятаны потухшие «Мамины бусы». Внутри сталкера неприятно дёрнулась беспокойная мысль: а не повлияет ли их изучение на будущее? А если повлияет, то насколько? По итогу, майор пришёл к выводу, что не важен уровень влияния – за все последствия отвечать всё равно придётся только им.
- Нужно узнать, куда унесли артефакты. – Морф, задумавшись, упустил момент, когда из-за его спины возникли Роза, почти шёпотом бросившая фразу, и Вермут. Ему было интересно, как и почему так вышло, что девушка оказалась в мужском теле, если женщины в лагере тоже были? Однако, молодое захваченное тело всяко лучше будет в эксплуатации, чем тело той медички. Вдруг придётся бегать или лазать по каким-нибудь сложным местам?
- И придумать как их оттуда стащить. – Вторил его жене наёмник.
- При этом – на натворить какого-нибудь дерьма. – Усмехнулся Морф. В озвученном плане не шла речь об освобождении Корда, так как его поимка была пунктом обязательным к выполнению по умолчанию. Да и сейчас, когда товарищ находится под охраной, становилось немного спокойнее, ведь сбежать из научного комплекса, наполненного военными, не так уж и просто.
Тем не менее, майор всё ещё помнил его хитрый взгляд, и с беспокойством ждал бури.
- Боровских! – На крик Таченко обернулся, наверное, каждый, кто находился в холле лаборатории, возле пропускного пункта, и Морфею потребовалось несколько секунд, чтобы вспомнить, что прозвучала его нынешняя фамилия. – Подойди, на минуту.
- Есть! – Отчеканил майор, и под вопросительными взглядами товарищей, побежал к мужчине.
Капитан отвёл парня с дороги, чтобы не мешаться в узких коридорах снующим мимо работникам, и Морф меланхолично соображал, что ответить Таченко на вопрос, который тот собрался задать. Если уж он пообещал разобраться с его сбывшейся догадкой насчёт Корда, то более никаких тем для разговора пока не обнаруживалось.
Сталкер отметил, что народа в лаборатории было довольно много: и военных, и учёных, и остальных работников или гостей, расхаживающих с важным видом в деловых костюмах. К оставшимся стоять в стороне его товарищам тем временем подошёл Волынец и, собрав вокруг себя всех торчавших без дела прибывших солдат, принялся что-то объяснять.