Кхуши уплетала все предложенное, настороженно пробуя незнакомого вида блюда, но, судя по ее виду, оставаясь в полном восторге от еды.
Я с удовольствием смотрел, как она ест. Закрывая глаза, смакуя каждый кусочек, так искренне наслаждаясь незатейливой процедурой. К моему удивлению, она спокойно пользовалась всеми столовыми приборами, которые во множественном количестве были выложены со всех сторон тарелки. Я приподнял бровь, пытаясь понять, откуда в ней это. Память услужливо подбросила ее легкость в ношении западной одежды. Ее умение ходить на каблуках при том, что в своих обычных джутти она то и дело спотыкалась. Хм, а вальс, исполненный ею с Нанки? Я внимательно посмотрел на жену. Пришла пора задать ей несколько вопросов… Между мужем и женой не должно же быть тайн?
Я есть не хотел, так как плотно перекусил в самолете. Вспомнил, как пытался разбудить Кхуши, чтобы поела. Она, не просыпаясь, возмущенно буркнула что-то типа – ешь сам, и укрылась с головой пледом.
Телефонный звонок отвлек меня от созерцания чрезвычайно увлеченной едой Кхуши. Звонил Аман. Извинившись, я встал из-за стола и отошел к камину. Рабочие вопросы не давали полностью расслабиться и насладиться отдыхом. Отдыхом?
Кхуши.
Доедая последнюю ложку десерта с непроизносимым названием, но с изумительно нежным вкусом, я откинулась на спинку кресла, наблюдая за Арнавом, присевшим около камина, и разговаривавшим, я уверена, с Аманом.
Еда не отяжелила меня, напротив, прибавила энергии, и я решила разобрать вещи, а после принять ванну. О! Мои глаза загорелись, когда я вспомнила, какую роскошь хранила в себе с первого взгляда обыденная ванная комната.
Небольшой проход, ведущий из ванной комнаты совершенно стандартного облика – душ, раковина, туалет, биде, привлек мой взгляд, когда я мыла руки перед едой. Заглянув в него, я ахнула.
Большое помещение занимала почти полностью ванна. Большая ванна. Или маленький бассейн? Глубиной примерно метр огромная ракушка-жемчужница, выложенная мелкой мозаикой сине-зеленых тонов. По краю ванну опоясывало широкое сиденье из какого-то упругого материала белого цвета с мраморными вставками, на которых стояла кучу бутыльков, бутылочек, баночек, флаконов. Стены были расписаны в морской тематике. Пенные брызги разбивающихся о невидимые скалы волн казались настолько настоящими, что чудилось, будто ощущаешь свежий морской бриз. Пара шезлонгов вокруг, на которых стопками лежали белые полотенца и толстые махровые халаты. Широкое большое окно, одетое в прозрачный воздушный и пышный тюль, не скрывало вида на зелень деревьев парка, завершая картину абсолютной неги и комфорта.
Быстро проскользнув мимо Арнава, я почти влетела в комнату и сразу же направилась в ванную. Включив воду и сделав комфортной температуру, я закрыла отверстие слива и начала изучать баночки. Пена, пена, масло, соль, снова пена, а это что за кристаллы и шарики? Я отставила непонятные коробочки, решив разобраться в них позднее. Выбрав пену с теплым ароматом сладкой ванили и корицы, я щедро плеснула ее в набиравшуюся воду, и отправилась распаковывать вещи, предвкушая огромное удовольствие от предстоящего купания. Спешить было некуда, я выспалась и планировала растянуть удовольствие, прихватив с собой книгу, которую я не так давно открыла для себя и безумно влюбилась. «Унесенные ветром», авторства американской писательницы Маргарет Митчел. Я читала ее на английском языке, медленно, обычно частенько залезая в словарь, который скачал мне Нанке на ноутбук.
Открыв дверь в гардеробную, я ахнула – полки и полочки, вешалки разных видов, тканевые чехлы для костюмов, закрытые и открытые ящики. Сюда мог поместиться весь гардероб семьи Райзада. Я улыбнулась, развешивая свои три платьица и две пары джинсов с блузками. Спрятав нижнее белье и сорочки в выдвижной ящик, предварительно выбрав себе одну для сна, я задумалась. Чемодан Арнава вопиял. Оставить или разложить? Убьет или не убьет? В конце концов, он сам предложил сделку, так? В моем мире жена ухаживает за мужем, уж вещи-то я бы точно разложила. Поэтому, махнув рукой на возможные сложности с мужем, я быстро распаковала его чемодан, который, к слову, тоже не поражал разнообразием и обилием гардероба.
Проверив ванну и обнаружив, что воды набралось едва-едва, я решила выйти во двор подышать воздухом, а потом по возможности осмотреть дом.
Арнав все так же сидел в гостиной, разговаривая по телефону, только уже перед открытым ноутбуком.
«Когда он его взял? – удивлённо подумала я. – Наверное, пока я исследовала ванную комнату».
На улице уже едва ощутимо темнело, небо заволокло тучами, обещая дождливую ночь. Я любила дождь. Но наш, родной. Муссон. Именно сейчас, излив основные массы воды на подходе на юге, он, ослабевший, царил в Дели. Любила гигантские, наполненные дождями облака, похожие на тюрбаны, величаво проплывающие и извергающиеся потоками воды. Много солнца и влаги раскрашивали растительность яркими красками, брызжущими своей сочностью и пышностью.
Тут же воздух был наполнен прохладой и сыростью. Я зябко поежилась, думая о том, что мне нужны теплые вещи, если я не хочу простыть. Вечер на улице не создавал привычного ощущения уюта, и я вернулась в дом. Желание исследовать его тоже пропало, хотелось залезть в теплую ванну. Я нашла кухню и заварила чай, с молоком, но без привычных мне специй. Я взяла их с собой в достаточном количестве, но бежать в комнату за ними было откровенно лень. Налив чай в две чашке, по привычке не добавляя сахар в одну из них, и с подносом вошла в гостиную.
- Арнав, – позвала я мужа, сосредоточенно изучающего какой-то список, открытый на ноутбуке. Он поднял усталые глаза и… О, Богиня, улыбнулся?! Впрочем, проследив за его взглядом, я поняла, что улыбнулся он не мне, а чашке чая. Я возмущенно фыркнула, ставя на стол чашку, и он снова улыбнулся забавному звуку.
– Что-то не так? – Муж посмотрел мне в глаза теплым взглядом. Я забыла как дышать, глядя на такого… такого другого Арнава. Слезы подступили к глазам, и я поспешно мотнула головой, стараясь за улыбкой скрыть свою уязвимость перед ним. – Я скоро закончу и приду, хорошо? – Его голос был мягким, как растаявшая ириска. Я качнула головой в знак согласия и поспешила наверх.
Арнав.
Несмотря на мое нежелание, пришлось погрузиться в работу с головой. Аман прислал для согласования план мероприятий, составленный партнерами, и я понял, что мои ближайшие дни будут чрезмерно загружены, причем преимущественно деловыми обедами и вечеринками. Партнеры хотели составить представление обо мне как о человеке, и я их понимал. В совместный проект вкладывались крупные суммы и стремление избежать риска говорило об их серьезном настрое.
Кхуши принесла чай, вовремя подкрепив мои силы, и я проработал еще полчаса, внося последние правки, при этом освободив себе завтрашнее утро. Необходимо подобрать для Кхуши гардероб, соответствующий погоде. Не думаю, что у нее есть теплые вещи. И для выхода в свет также необходимо помочь с подбором туалета. Хотя, если вспомнить ее золотое платье… Я чуть не расхохотался, вспомнив серый мешок, в который хотел упаковать свою райскую птичку. Да, моя девочка знатно щелкнула мне по носу своей выходкой. Я гордился ей. Моя жена.
Наконец, устало захлопнув ноутбук, я поднялся в спальню. Судя по едва различимому шуму воды, Кхуши нашла-таки ванну и, видимо, нежилась в душистой пене. Сглотнув возникший в горле комок, появившийся, едва я представил себе эту картину, я решительно скинул с себя одежду и направился в ванную. Сонливость как рукой сняло.
Кхуши.
Я никогда не бывала в такой роскоши. Выбрав приглушенный свет и скинув одежду, я по ступенькам вошла в раковину. Набрав воды так, чтобы по грудь погрузится в воду, я откинула голову на мягкий подголовник и закрыла глаза. Пена приятно щекотала открытые участки кожи, одурманивая сознание своим ароматом. Было тепло и ласково. Пригубив чай, я лениво болтала ногами в воде, вызывая маленькие водоворотики. Минуты текли, а я все нежилась и нежилась в теплой ароматной воде, чувствуя, как расслабляется каждая клеточка тела. Я открыла кран с горячей водой, набирая нужную температуру. Книга забытой лежала около ванны. Было слишком гармонично, чтобы разбивать свои ощущения чужой историей. Свои чувства вырывались на волю, грозя захлестнуть с головой. Мысли поневоле возвращались к соглашению, предложенному Арнавом. Возможно, мы сможем?.. Я даже в мыслях не могла закончить эту фразу, я боялась, боялась до одури, боялась боли, которую он так легко причинял мне, раз за разом раня мое сердце.