Визиты партнеров, деловые переговоры, рассмотрение смет, контрактов, договоров. Рабочий день закрутил меня в своей круговерти. Перерыв на обед, когда я с удовольствием съел приготовленные женой блюда, и снова – переговоры, предложения, требующие незамедлительных решений проблемы. Когда последний посетитель покинул мой кабинет, часы показывали начало восьмого.
– Не так уж и плохо, – подумал я, думая освободиться позднее, и по заведенной привычке попросил секретаря приготовить чашечку кофе.
Телефонный звонок прозвучал, когда я сделал первый глоток терпкого напитка. Доктор. Я с замиранием сердца поднес телефон к уху. В груди сдавило, и рука потянулась ослабить галстук. – Райзада. – мое волнение никак не отразилось на моем голосе. Доктор кратко отчитался о проведенном осмотре. Здоровье Кхуши не внушало опасений, а перенесенное состояние имело в своей основе – наиболее вероятно, как пояснил доктор – психосоматические причины. Чуть помедлив, я все-таки задал вопрос относительно того, беременна ли моя жена. Я был готов услышать результаты анализов. Так ведь?
… спустя пару секунд, попрощавшись с врачом, я облегченно откинулся на спинку кресла. Облегченно или разочарованно? Откинув вопросы, на которые у меня не было ответа, я в два глотка допил остывший кофе и занялся принесенными секретарем на подпись документами, почему-то скопившимися именно к вечеру. Странно, обычно этим я занимаюсь по утрам, на свежую голову, внимательно вникая во все тонкости документов. Я торопился закончить работу, я торопился домой, к жене. Поставив размашистую подпись к последней визе на очередном предложении о сотрудничестве, я нажал кнопку телефона, вызывая секретаря. Голова неожиданно закружилась, перед глазами встала непонятная пелена. Таблетки? Я принимал их сегодня. Когда секретарь вошла, я попросил ее известить водителя о том, что на сегодня его работа еще не окончена – он повезет меня домой. Эльза кивнула, не сводя с меня какого-то странного взгляда. Но на настоящий момент загадки взгляда секретаря меня мало волновали, и, встав, я сделал получившийся неуверенным шаг. Тряхнул головой, пытаясь скинуть странное оцепенение, сделал еще пару шагов. Секретарь подошла ближе, внимательно глядя на меня.
- Все в порядке, мистер Райзада? – ее голос прозвучал словно издалека. – Давайте, я помогу.
Она подхватила меня под руку, и с ее помощью я добрался до дивана. Эльза опустила меня на него и, пообещав позвать водителя, вышла из кабинета. Последней мыслью, которую я смог внятно сформулировать – зачем мне водитель? Беспамятство окутало меня, и я уже не ощутил, как тело, подхваченное женскими руками, обмякло, опускаясь на спинку дивана.
====== Глава 42. И снова – доверие... ======
Кхуши.
Врач осмотрел меня, взял кровь для экспресс-анализа и поинтересовался самочувствием. Его вопросы вызывали недоумение, он почему-то интересовался моим циклом, его регулярностью, и даже – тут я покраснела – вопросами предохранения. Но я привыкла говорить врачам правду, поэтому подробно, несмотря на смущение, отвечала на его вопросы. В заключение доктор кивнул сам себе, порекомендовал беречься от волнений, соблюдать режим питания, побольше гулять, и отправился восвояси, перед этим с удовольствием выпив предложенную чашечку чая-масалы с остатками пудинга.
Водитель, доставивший доктора, привез также и обещанные Арнавом рекламные проспекты, и я забралась на диван, изучая красочные картины и описание экскурсий.
… Музей Дизайна. Хэмпстед-хит. Национальная портретная галерея. Просто Национальная галерея. Британский музей. Вестминстерское аббатство. Тауэрский мост… последние картинки вызывали в памяти наше свидание с Арнавом. Теплое, светлое, нежное, сблизившее нас с ним. Никогда я не думала, что он может быть настолько… обычным. Он как будто отпустил себя тогда, тогда и сейчас. С каждым прожитым нами в Лондоне днем он становился все ближе, все роднее. Сказать, что я любила его больше, сильнее? Нет. Моя любовь давно стала константой. Она не менялась, но теперь он позволял ей выплескиваться наружу, не сжигая меня. Отдавать ее ему. Я намного чаще стала прикасаться к нему. Намного естественнее целовать, обнимать. Намного свободнее проявлять заботу. Я больше не опасалась получить в ответ непонимание или, того хуже, насмешку, злобу. Я снова раскрылась, как раковина – жемчужница открывает свои створки, позволяя любоваться совершенством и безупречностью своего сокровища. Я улыбнулась пришедшему в голову сравнению, и вернулась мыслями к экскурсиям.
Чего бы я хотела? Внезапно я поняла. Мне не нужны экскурсии как таковые. Для начала я бы хотела просто гулять по городу, впитать его дух, который, я это чувствовала, у него был. Прохладный, сдержанный, строгий. Черно-белый. Многоликий. А я ведь практически ничего не видела, в основном проносясь по улицам на автомобиле. А по экскурсиям – надо спросить Арнава. Думаю, он лучше подскажет мне, что из всего предлагаемого полнее откроет для меня характер англичан, покажет лучшие стороны людей, города, страны. Решительно отложив проспекты, я направилась на кухню. Хотелось приготовить Арнаву что-нибудь вкусненькое на ужин. Я соскучилась по джалеби – своему любимому лакомству. И, разумеется, я приготовлю его в двух вариантах – себе и мужу. Улыбка цвела на губах, рвалась из сердца, отражая осознание внутренней гармонии и счастья.
Поставив готовиться навратан-корма и быстро соорудив сироп для джалеби, я привычными движениями замешивала тесто, вернувшись мыслями к предложению Тери. Они всплывали сами, назойливо стучались в сознание, искушая и рисуя заманчивые картины моей востребованности и реализации своего потенциала. Надо как-то убедить ее работать с Арнавом, тогда он точно не будет против моей работы на Тери, когда узнает об этом. Но как? Она сказала, что какой-то деловой партнер посетовал на его непорядочность. Но такого быть не могло. В этом я была убеждена твердо.
Вырисовывая спирали из теста в брызжущей маслом сковороде, я размышляла, как можно переубедить Тери. Стоп. Моя рука замерла над сковородой дольше необходимого, и капля горячего масла тут же оказалась на моем запястье.
– Шшш… – зашипела я от боли, коря себя за невнимательность. Но тут же, небрежно сунув руку под холодную воду, вернулась к озарившей меня мысли. Если какой-то партнер – да, и уж не компания ли это Зары! – опорочил моего мужа, надо просто дать Тери координаты тех компаний, с которыми работает «АР-дизайн», и которые могут подтвердить его абсолютную честность, порядочность и принципиальность в делах! Но где мне взять координаты его партнеров?
Я задумчиво закрутила кран, выключая воду, и вернулась к приготовлению джалеби, предварительно влив смесь из кокосового молока и толченых орехов в тушащиеся овощи. Видимо, готовка плодотворно сказалась на процессе моего мышления, так как ответ тут же пришел в мою голову – Аман! Аман и Акаш вполне могут поделиться этой информацией. Впрочем, Акаш сразу же расскажет о моей просьбе Арнаву, поэтому я решила связаться с Аманом и попросить его подготовить мне необходимую информацию. Точно! Так будет правильно – я ничем не наврежу Арнаву и даже попробую помочь. И уж только если это сработает, тогда я и приму предложение Тери об официальном сотрудничестве и контракте.
Пританцовывая, я спешно закончила готовку и рванула наверх, звонить Аману. Все прошло как нельзя лучше. Он спокойно воспринял мою просьбу, даже не поинтересовавшись, с какой целью мне нужны такие данные и обещал выслать по электронной почте координаты постоянных и надежных партнеров Арнава.
За приятными хлопотами по дому я и не заметила, как наступил вечер. Часы показывали уже восемь вечера, а Арнава все еще не было. Но, помня о том, что он обещал быть поздно ввиду своей загруженности, я не переживала. Заварив себе чашечку чая, и прихватив на тарелку несколько аппетитно выглядящих джалеби, я устроилась с книгой у незажжённого, но такого привычно-уютного камина.
Продираясь сквозь дебри английского не без усилий, я все-таки одолела очередную главу, перечитав ее еще раз для того, чтобы в полной мере, не отвлекаясь на непонятные слова, насладиться красотой чувств героев. Пустая посуда на подносе создавала некомфортное ощущение, и я отнесла ее на кухню.