Сделав шаг снова остановился.
— Это очки… отца?
— Да.
Следующий день прошел точно так же, как и предыдущий. Встретился с Рей, забрал у почти не сопротивлявшейся, но немного удивленной девочки портфель, и мы вместе пошли в школу.
Топтуны, кстати, теперь постоянно маячили где‑то на границе зрения. Кстати, надо будет в Геофронт смотаться, поговорить с начальником охраны… Как там бишь его? Такеши–сан, кажется.
В школе до меня докопался преподаватель математики, потребовал решить квадратное уравнение. Я пока шел к доске раскидал его в уме, подойдя написал корни и был таков. Когда препод потребовал развернутого ответа, послал его нафиг двумя словами: «Теорема Виета». Тот отвалил.
После школы, собрался было свалить в Геофронт, но помозговал, и сначала приготовил ужин, который потом можно будет быстро разогреть. Да и надо бы позвонить Мисато дабы не разминуться.
— Алло?
— Мисато? Это Синдзи.
— А, Син! Самовольщик, блин.
Мнэ? В смысле?
— В смысле?
— Тебе же сказали, подойти к доктору вчера! Где гулял?
Я честно попытался вспомнить подобное. Не смог.
— Забыл. Сейчас подойду.
— Ага… А еще я сегодня в гости нагряну! Трепещи, смертный! — походу, у Мисато закончилась пора макулатурно–представительской работы, вот она и радуется.
— Хорошо. Трепещу. Зайду к тебе. После медика.
— Ага, давай! С тебя вкусняшка, за то, что прикрыла от врачебного гнева!
— Понял. Пока.
— Пока, буду ждать!
Хм. Поражаюсь я ее жизнерадостности.
А вообще все дюже удачно складывается — вот вам и повод заглянуть к Такеши… Зашибись.
Выйдя, постучался и зашел к Рей. Та сидела за столом и читала книгу. Шторы, кстати, как и вчера были плотно закрыты. Хм… Гемералопия?
— Рей. Я в Геофронт. Ужин как приду.
— Хорошо.
До Геофронта добрался как обычно. Автобус, КПП, монорельс, прогулка по природе.
Хорошо тут все‑таки. Природа, зелень, люди опять же делом заняты. Как говорится, смотреть вечно можно на три вещи…
Знакомый врач только покачал головой. «Совсем, вы молодежь, себя не бережете.» Пощупал, потыкал, послал с богом.
Такс… Теперь найти бы Такеши. Такс, познакомились мы с ним во–он в том корпусе, значит и искать начнем его там.
С наглой мордой зашел в кабинет местного клерка, и уселся в кресло для посетителей.
— Да–да, молодой человек?
— Такеши–сан. Второй отдел. Где найти?
Бедный мужик офигел от моего напора.
— Э–э… Это на третьем уровне штаб–квартиры, сектор C-14. Уточните на внутренней проходной.
— Да. Спасибо.
Э–эх, не удастся мне избежать этого лабиринта… Бр… На Хеллоуин смастрячу или куплю чучело Минотавра и поставлю где‑нибудь тут.
Вопреки опасениям, нужный сектор нашелся быстро, проблемы начались на внутренней проходной. Молодой солдатик в упор не хотел меня пускать, а пост покидать ему было запрещено. Телефон у него не работал второй день. Мар–разм, я думал что такой долбобибизм может быть только на территории Великой и Могучей.
— Спутниковый телефон. Как позвонить знаешь? — наконец не выдержал я.
— Э… Да, сейчас. Вот… Внутренний телефон — тридцать сорок пять.
Кретин.
— Спут–ни–ко–вый. Те–ле–фон. — потряс я упомянутым предметом у него перед носом, — Не внутренний. Понимаешь?
Походу, с этим персонажем надо разговаривать еще проще, чем я привык.
— А… Простите… — покраснел пацан. Хм. А он ведь младше меня того, что жил в России и писал код. Еще наверное работает тут первую неделю.
— Вот. Двенадцать сто два сорок пять.
Ну наконец‑то.
Хм, а хорош я был бы, если бы у Такеши не было аналогичного аппарата. Или, если сейчас труба сигнал не поймает…
— Такеши, второй отдел, служба сопровождения, слушаю.
— Такеши–сан. Это Икари. Икари Синдзи. — уточнил на всякий случай, — На проходной. Встретьте.
— А, Икари–сан. Одну минуту.
Через минуту прибежал другой солдатик с бумажкой, и меня наконец пропустили.
— Да–да, входите. — послышался голос из‑за двери кабинета.
— Такеши–сан. Здравствуйте.
— Добрый день, Икари–сан. Что вас ко мне привело?
Кажется, меня тут ни в грош не ставят. Издевательства в его «Икари–сан» не услышит только глухой. Или Акаги.
— Вчера. Вечером. Вам доложили.
— Да. Доложили, прискорбный случай. Увы, опознать преступника не удалось.
Он издевается?
— Был жив.
— Да, но позже преступник скончался от закрытой черепно–мозговой травмы. К сожалению, ребята, защищавшие вас немного перестарались.
Так, да? Допустим. Мне уже весело!
— Косяк. Ваш косяк. — уточнил я.
— Прошу прощения, молодой человек, но мы выполнили свою работу. Пожалуй, вам стоит быть более осторожным, ребятам и так нелегко. — а вот это уже неприкрытая наглость.