— Я уверен, что возможности Евангелиона на порядок превосходят возможности вашего… комплекса. А старший лейтенант Икари прекрасно знает, в чем состоит его долг.
Ага, знаю. Правда защита чести и достоинства НЕРВ в этот самый долг не входят никаким боком, но отказываться не буду. Дурак я что‑ли, от драки отказываться?
— Прекрасно, господин полковник. Я отдам приказ деактивировать ядерный заряд. В противном случае, у Евангелиона в любом случае нет никаких шансов.
— То есть, весь ваш проект — всего лишь ходячая ядерная бомба? — язвительно ввернула Акаги.
— Хватит, доктор Акаги. — осадил ее замком, — Подготовьте Еву-01 к пилотированию. Старший лейтенант…
— Понял. Сделаем.
— Синдзи… Запомни — твоя задача аккуратно… Я еще раз говорю — аккуратно разобрать этого таракана на составляющие. Ядерную бомбу никто убирать не стал, только отключили.
Мисато проводила последний инструктаж перед боем. Я, уже облаченный в пилотный комбенизон, стоял со скучающим видом и слушал, вертя неко… нейроконтакт в руках. Впрочем, на последних словах я встрепенулся.
— Не убрали? Они дебилы?
— Не знаю, — раздраженно отмахнулась девушка, — Может быть. А может быть и то, что никакой ядерной бомбы у них здесь нету.
— Тогда зачем? — я все еще пытался понять.
— Ради престижа. Все‑таки, ядерный заряд это тебе не просто так, а вполне себе серьезный аргумент.
— Ясно. Понял. Разобрать робота. Нежно и аккуратно… Как с Рей, — не удержался под конец.
— Иди давай… С роботом тоже миловаться будешь? — в ответ подколола меня девушка.
Процесс погружения в LCL и синхронизации прошел привычно–неприятно. Спазм в груди, потеря ориентации, и раз — я вновь ощущаю дикую и величественную мощь Евангелиона.
— Синдзи, ты меня слышишь? — в голове раздался голос Мисато.
— Да. Слышу. Вижу. — предбоевой мандраж холодил внутренности. Хорошо!
— Так, сейчас твоя задача выйти из ангара, и разобрать врага на части. Запомни — аккуратно разобрать!
— Отвертку дайте. И ключ. Гаечный. — не выдержал я. Ага, разобрать.
— Тогда раздолбать, не суть важно. Сделай так, чтобы Еву даже не поцарапали. — это уже Акаги. Какой‑то у нее голос кровожадный…
— Сделаем. Будете должны.
— Идет, — судя по голосу, блондинка усмехнулась.
— Паршивец, — а это снова Мисато, — Син, только постарайся… Эм… Поспокойнее как‑нибудь, что‑ли?
— Хорошо, — однако зря я вчера подумал, что Кацураги мне не доверяет. Вы попробуйте, выслушайте сумасшедшую теорию в исполнении почти клинического психа, а на следующий день посадить его в весьма серьезного ОБЧР. Ничего, все будет… Зря сорвался, конечно…
Я тихонько зарычал про себя — похоже вчерашний промах мне будет еще долго напоминать о себе такими вот вспышками. Так, хватит. Сейчас будет драка!
Крыша ангара, в котором я лежал, начала потихоньку расступаться двумя половинами. Ме–едленно, блин.
Все время, перед боем в Евангелионе, есть это ощущение… Пожалуй, наиболее точно можно назвать его сдержанной яростью. Именно в бою, когда я приходил на синхротесты, даже когда Еву выпускали на «погулять» в гигантском ангаре, подобного никогда не было.
— Синдзи, давай вставай, ангар уже открыт. Стартовая точка на одиннадцать часов в пяти километрах. Удачи. — ан нет. Не совсем все как в бою. В реальном бою, когда приходится рвать Ангела всем что есть, вопя от боли, слыша только рев Евы и бурление кипящей LCL, голос у Мисато злой, звонкий, как остро заточенный клинок… Так, хватит лирики.
Рывком распрямляюсь, потягиваясь плечами Евангелиона. Мощь и сила переполняет тело, хочется выплеснуть все это наружу, но я сдавливаю желание, агрессию в комок, который пригодится когда я встречу врага… Врага! Точно, на одиннадцать часов пять километров, быстрее–быстрее. Сейчас получится подраться!
— Оповестите. Когда доберусь. — а то еще пробегу мимо.
— Хорошо, Син. Чуть левее возьми.
Бежать не получается, кабель питания разматывается слишком медленно, поэтому приходится неспешно идти. Шаг. Шаг. Внутри закипает раздражение, вливаясь в тот боевой коктейль чувств, что царит внутри. Шаг. Шаг. Интересно, сильный будет противник? Это вам не полудетский мультик, где эту гадость заклинило, и она поперла буром на город. Какой город?.. Не помню.
Шаг. Шаг. Пружина скручивается с каждым шагом все сильнее…
— Синдзи, стой, ты на месте… Та–ак, где у нас враг?
Я тоже хочу это знать. Ну, давай, тараканище многоногое, показывайся.
— Так, команда на боевые действия получена. Не подведи, Син.
Не видит. Мисато не видит бой, для нее все происходящее пока на уровне полевой военной игры. Выиграешь — молодец, проиграешь — ну да и фиг бы с ним. Внутри меня же разгорался уже привычный обжигающий холод, который выплескивается на врага АТ–полем.