— Хорошо, — улыбнулся я в ответ.
Несколько минут мы просто молчали.
— Мисато пришла расстроенной, — поделилась наблюдением Рей.
— Да. Поругались немного… — кивнул я.
— Тема?… — совершенно в моем стиле спросила девушка.
Я хмыкнул — с кем поведешься, от того и дет… блохи, да.
— Не верит. Психом считает. Обидно, — честно высказал я.
Снова помолчали. Через некоторое время Рей тихо–тихо произнесла:
— Я верю.
Меня накрыло волной нежности. Рей точно меня не оставит. Я потянулся, прижал ее руку к своей щеке.
— Спасибо, Рей. Спасибо.
Девушка вновь улыбнулась и осторожно провела рукой по моим волосам, стараясь не задеть бинты.
Так мы и просидели остаток дня.
Как я уже не раз замечал — ничто не длится вечно. Окончился и мой очередной больничный…
Н–да, беда. Стоило только выздороветь, как тут же вляпался в бой, где и поймал сотрясение. Хоть вообще в больнице поселись, блин. Впрочем, когда я высказал эту мысль Рей, девушка ее не оценила и даже обозвала «дураком», что для Рей… Скажем так — вершина экспрессивности.
Вот я и дома…
Первым делом, я схватился за гитару — как‑то забросил я в последнее время это дело, и теперь у меня уже руки чесались сыграть что‑нибудь эдакое…
— Выметайся!
Э?!
На пороге моей комнаты стояла Аска и пялилась на меня.
— Не понял, — честно признался я. Рей выглядела столь же недоумевающе.
— Я сказала, чтобы ты выметался отсюда!
Я моргнул.
— Еще раз. Откуда выметаться? Моя комната, — я серьезно не мог понять, чего от меня хочет рыжая.
— Собирай свои вещи, и мотай из квартиры! Здесь будут жить только девушки! — немка с апломбом пялилась на меня, — Я узнавала, у тебя есть своя квартира, так что давай!
Хера себе высказывания! Нет, я понимаю, что загадочная тевтонская душа Аски имеет свои понятия о должном и нужном, как и любой другой человек… Но, блин, ТАКОЕ может мне приказать только Мисато! И никто другой!
— Пошла нах, — высказался я, — Мисато скажет — уйду.
— Рей! Поддержи меня! Ты ведь девушка, ты должна…
Я вообще перестал понимать логику рыжей. А Рей‑то тут причем? Она скорее меня поддержит…
— Такие вопросы в компетенции Мисато–сан, — Рей негодует. Почти незаметно со стороны, но я хорошо наловчился различать ее эмоции.
— А?.. Да… Да ты как кукла! — выдала Аска, махнув рукой, совершенно неправильно разобрав ровный голос Синевласки.
Рей чуть дернулась. Пара секунд ушла на осознание…
Эта мразь сделала больно Рей?!
Противник подвижен, легче меня. Замкнутое пространство и эффект неожиданности на моей стороне. Вперед!
Шаг, еще шаг, протянуть руку, вцепляясь в тонкую шейку. Еще шаг, и противник оказывается впечатан в стену.
— Еш–ще р–раз… Только попр–робуй… — голос превратился в шипение пополам с рычанием. Пальцы крепко, но осторожно сжимали шею рыжей… Все‑таки она пока не враг.
— Синдзи! Ты что делаешь?! — раздался голос Мисато. За всеми этими перепалками, я не заметил, как она пришла…
Точный удар поддых согнул меня, заставляя отпустить Аску. Та резко отскочила вбок, вставая в какую‑то боевую стойку.
Плевать! Разгибаюсь несмотря на боль, в Еве бывало хуже.
— Синдзи… — Мисато растерянно смотрела на меня.
— Да он псих, Мисато! — не преминула рассказать о своем виденье ситуации Аска, — Он просто набросился на меня!
— Синдзи… — Рей подошла ко мне сзади, успокаивая, — Не надо.
Тихо–тихо, спокойно… Успокаивайся…
— Аска, — мой голос все еще был похож на карканье, — Оскорбишь Рей… Еще раз. Убью, нахуй.
Та лишь вздернула нос. Мисато, глядя на это только вздохнула.
— Так. Синдзи… Ты можешь посидеть в своей комнате? Немного. — Мисато была раздражена, но пыталась не показать этого.
Я развернулся, и пошел обратно. Рей, естественно, пошла за мной.
— Это было излишне, — сказала Рей, когда мы наконец остались одни.
— Нет, Рей, — я повернулся к девочке, — Тебе было неприятно. За такое… Могу могу покалечить.
Девочка подошла ко мне, уткнулась в грудь.
— Не надо, Синдзи.
Я погладил ее по голове, уткнулся в серо–голубую макушку. Рей…
— Ты меня останавливай. Хорошо, Рей? Крышу рвет.
— Я… Хорошо, Синдзи.
— Что это вчера вообще было, Синдзи?
Мы с Мисато были на кухне. Я готовил завтрак, Рей была в ванной, а Аска еще даже не проснулась.
— Она обидела Рей, — пожал я плечами.
Вчерашняя вспышка вспоминалась с какой‑то досадой. Взял, сорвался на дуру… Тьфу. Впрочем, если еще раз она что‑то подобное скажет…
— Синдзи, у Аски было тяжелое детство. Ты должен понять — у нее… В прошлом все было сложно. Ей тяжело до сих пор… Да в конце–концов, она даже не японка!