Сознание парня начало покидать его. «Какой же я слабый. Почему я не могу продержаться и не отключиться? Почему я не могу дать отпор чудищу? Почему я не могу быть сейчас с Кенджи...» — последнее, о чём подумал парень, всё же теряя связь с компьютерной игрой.
Часть 6 Убежище
Открыв свои тёмные глаза, Шуичи долго пытался понять, где находится, но никак не мог. Вокруг всё было белым. Он находился в больничной палате, это точно, но как…
— Неужели.. я вернулся обратно? — сам у себя спросил парень, подумав, что умер в тот раз и теперь вновь в своём мире, как проигравший персонаж игры.
Ямамото не успел обрадоваться или огорчиться, ведь в палату зашли трое, и, видя их, Шуичи понял, что никуда он не вернулся.
— О, очнулся. Замечательно. У тебя достаточно серьезные раны, но я их залатал, так что жить будешь. А вот надолго или нет — неясно, — с усмешкой выдал Ямада Минору, будучи в белом халате как врач. — Хотя я удивлен даже тому, что ты всё ещё жив. Может, благодаря своей удаче ты и протянешь до конца.
— Какого.. конца? — удивился парень, не поняв слов задиры.
— А, ты не в курсе? Нам надо протянуть всего месяц, и тогда мы вернёмся в реальный мир. Ну, те, кто выживет, — что-то делая с капельницей, поведал Ямада, будучи совершенно непохожим на себя в школе.
— Почему ты.. помогаешь мне? Разве ты.. не ненавидишь меня? — чувствуя себя как в бреду из-за препаратов, Шуичи говорил именно то, что хотел, неважно в тему это было или нет.
— Чувак, ты чего? Мы же не в школе, а в долбанной игре смертников. Тут нет места ненависти и любви. Мы или держимся вместе и выживаем, или подыхаем все, и я за первый вариант, — закатил глаза юноша, не выглядя враждебно настроенным. Не то что в школе. — У тебя могут быть галюны и головокружение, но это временный эффект. Я вколол тебе наркотик вместо обезболивающего, так как резать пришлось на живую. У тебя в ноге торчал кусочек монстра, надо было аккуратно его достать. Ты не волнуй….сяяя.. всё… прой…дё…т.
Последние слова Минору для Шуичи прозвучали как под водой. Парень медленно начал вновь входить в сон. Ямамото не знал, сколько спал, но он и впрямь видел каких-то странных человечков, летающих по его палате.
Уже почти отойдя от наркотика, Шуичи вдруг увидел Кенджи, сидящего на кровати. Парень выглядел расстроенным и очень злым. Ямамото не понимал, что он тут делает, но был рад его видеть.
— Кен…
— Ты не послушал меня, — грубо бросил парень, в его руках находился нож. — А я ведь взял с тебя обещание, а ты нарушил его…
— Нет, я не…
— Такое я не прощаю, Шуичи, — обернувшись к другу, нацелил на него нож Сато. — Это твоя вина, — напоследок бросил тот, кого Ямамото считал богом, после чего безжалостно воткнул острие прямо в сердце парня, из-за чего тот жалобно взвыв.
— Нет! Нет! Не..
— Ямамото!
— Нет.. не..
— Успокойся. Тише!
Слыша крики со стороны, парень открыл глаза, видя перед собой Ямаду и Като, один из которых держал шприц, а второй юношу, сильно брыкающегося во сне.
— Ты чё ему дал, а? — возмутился толстяк, видя потерянный вид Шуичи, постепенно приходящего в сознание.
— Да он бы сдох от боли, если бы я ему это не дал, — пробурчал Минору, будучи очень горд собой. — Сомневаешься в моих медицинских знаниях? Тогда сам лечи всех!
Парни принялись быковать друг на друга. Смотря на них, Шуичи вспомнил о том, что Ямада Минору собирался поступать в медицинский, потому был осведомлён о многом, но явно недостаточно. Первую помощь оказать он мог, а вот с более серьезными травмами возникали проблемы, которые решались на месте.
Через пару минут больному принесли что-то похожее на суп с рисом, совсем не вкусным, но это было лучше, чем ничего. Почти два дня Шуичи приходил в себя, очень много спал и ни с кем не разговаривал, изредка видя Минору и Нобору, заходивших к нему в палату.
Когда парень, наконец, отошёл от наркотиков, прошлые ощущения и впрямь показались ему раем, а теперь он вновь попал в ад, чувствуя и в ногах, и в теле, и в руках жжение и боль.
— У тебя столько ран и порезов, так что чудо, что ты вообще выжил. Не ной, — помогая пациенту подняться с постели, пробурчал Ямада.
— Я.. не.. ною.. — сквозь боль выдал парень, не желая, чтобы и в этом месте над ним издевались.
— Ну и правильно. Мы тут не потерпим трусов и нытиков, — усмехнулся юноша, на деле оказавшийся не таким уж и гадом. Шуичи и сам не понимал, как один и тот же человек может быть совершенно разным в другой обстановке.