— Что за боль? Расскажи о нас побольше, пожалуйста, — тихо сказала я, еле дотягиваясь до его уха. Элиас был выше меня приблизительно на голову.
— С самого рождения мы испытываем физическую боль друг друга и с возрастом она становится все более ощутима. Также мы перенимаем друг у друга серьезные заболевания… Ты не помнишь свою прежнюю жизнь, да? Извини, — и спустя пару секунд до меня начинает доходить причина его извинения. Но мне всю жизнь говорили, что это моя амнезия, мне рассказывали, как я ее получила. Неужели это Элиас и он ли виноват? Его ли это болезнь? — Отец заставил забыть меня то, что я не должен был видеть, он заставил забыть меня большинство хороших воспоминаний о маме и плохих о себе. Он хотел сделать себя лучше в моих глазах, отыграться на мне, «навредив» покойной матери, но у него не вышло. Ничего не вышло.
— Я не знаю, кто мои родители. Не знаю, где мой брат, который был какое-то время для меня всем… Пообещай, что мы найдем его, пообещай! — я отлынула из его объятий и сдерживала истерику, плодящуюся внутри меня. Глаза выдавали.
— Обещаю, — подтвердил он и облокотился локтями о камень.
— Кто вы? Кто такие нелонгфродиты и почему вы лучше нас? — именно этим предложением и должен продолжиться диалог, полон остальных вопросов, терзающих меня.
— Понимаешь, малышка, — его хищный взгляд вновь вернулся к нему, а густые брови снова нахмурились. Да, дерзость несомненно подходит его типажу, но доброта мне нравилась больше, — У вас нет тех самых уникальных способностей, которыми обладаем мы. Вы умеете внушать? Может, вы обладаете быстрым бегом или силой? Или вы обладатели оглушающего голоса? Думаю, нет. А это лишь малая часть от способностей нелонгфродитов. Каждому из нас дано свое. Мне, как сыну правителя нашей зоны, достались многие способности и бесспорная привлекательность, — на последних словах мои глаза решили закатиться вверх. М-да, самовлюбленности у него не отнимать.
— Самой обычной, ничем не выделяющейся девушке достался единственный сын правителя «лучшей» зоны… Ты разочарован, так? — он расплылся в улыбке и кивнул головой в знак отрицания.
— Сладкая, я наблюдаю за тобой на протяжении семнадцати лет и могу точно сказать, что ты особенная. И скоро ты в этом убедишься. А теперь, давай поговорим с тобой на другие темы, несвязанные с зонами. Придет время и ты сама все узнаешь. Я хороший биолог, могу рассказать тебе о растениях, на которые ты сегодня наткнулась. А что ты думаешь по поводу глубоких тем, на счет которых мы можем порассуждать? — Элиас прав, если я хочу, чтобы мне было спокойнее, нужно забыть о всем происходящем и раствориться в приятном диалоге. Я положительно кивнула головой и он завел тему о семье, что ли… Из этого я узнала больше о нем и мы плавно переходили с одного разговора на другой.
Внутри появилось странное чувство, а голова начинала постепенно болеть. Видимо, это означало, что пришел конец нашей встречи. Я поблагодарила Элиаса за эту ночь и обняла его, еще раз вдохнув приятный аромат. Надеюсь, я делаю это не в последний раз. И все же, я и вправду очень благодарна Элиасу за всё это, пусть даже если он делает это для себя, спасения своей жизни.
Настала темнота и холодок неожиданно прошелся по моему лицу. Вот и реальность настигла меня. Я вся дрожала и не будь сейчас сна по наступлению семнадцатилетия, я бы уже давно проснулась от мерзлоты. Немного пробудившись после произошедшего сна, я взяла книгу, лежащую рядом с рюкзаком и с помощью фонарика осветила страницы книги. Все же, мне нужно как-то повышать себе досуг. Пора вспомнить время, когда я уходила в другую реальность на время.
Закончив длительное чтение, я огляделась вокруг, но ничего, кроме той самой пещеры не нашла. И что мне остается делать? Помнится, сидеть здесь и никуда не выходить. М-да, не думала, что отмечу свои семнадцать так. Самый важный возраст в истории моей жизни, а я нахожусь не пойми где. Сидеть на месте я точно не смогу, поэтому осмотрюсь в пещере. Элиас же ничего не говорил про такой вариант действий?