Когда Сильвия представила их друг другу, Док произнес с улыбкой:
— Добро пожаловать на борт, Закари! А ты, милая, спать иди, мы тут без тебя разберемся.
После осмотра и проверки рефлексов Док поспешил утешить Закари:
— Они внушают вам, что вы не можете жить без этих гипнотических снов, а на самом деле все из-за газа, который дают для засыпания. Гипносон вызывает только психологическую зависимость, а вот нарколептик, содержащийся в газе, становится физически необходим для сна. На него подсаживаются. Но на самом деле можно спать вовсе без него. Нужно просто, как это называется у наркоманов, «перегнуться». Без медикаментов этот процесс занимает до месяца. У некоторых так и не получается. Кто-то сходит с ума, кто-то умирает… Но! — он достал из ящика стола оранжевую пластиковую баночку с таблетками и потряс ею. — Я разработал свою методику: изысканный коктейль из снотворных и нейролептиков безотказно вырубает даже самых матерых виртуалов. Постепенно будем снижать дозу, и через пару недель будешь засыпать сам, без всякой химии.
— Погоди, Док. Я ведь еще ничего не решил…
— Если ты здесь, приятель, значит, уже решил. 17. День 8-й.
Закари проснулся на больничной функциональной кровати в палате изолятора. Обстановка тут была хоть и потертая, но вполне приличная.
Прежде чем дать лекарство, Док предупредил, чтобы пациент не вздумал вставать с постели сам — возможны тошнота, головокружение и дезориентация. Ничего подобного Закари не испытывал, но ощущал себя вялым и подавленным, как после болезни.
На прикроватном пульте имелась кнопка вызова. Он нажал на нее.
Через пару минут дверь распахнулась и вошла Сильвия.
— Вставайте, граф, вас ждут великие дела!
— Привет. Во-первых, не граф, а баронет. А во-вторых, у тебя других дел нет, кроме как со мной возиться?
— Ты сейчас мое самое главное дело, — сообщила она. — Я тебя сюда привезла, должна помочь адаптироваться. Ты почему такой мрачный? Плохо спал?
— Да нет. Вроде неплохо. Голова тяжелая. И вообще тоскливо… Не до конца понимаю, что я здесь делаю, что дальше будет…
— Это нормально, Зак. Ты всю жизнь просидел на гипносне — конечно, тебе непривычно просто спать. Вон какие-то баронеты из тебя лезут… Ну ничего, пойдем завтракать, а потом я отведу тебя к нашему старосте. Он хочет с тобой познакомиться, а заодно и объяснит, что делать и что будет дальше. Давай-ка я тебе встать помогу.
— Не нужно. Я сам. И вообще, мне надо одеться.
— А ну брось! Чего я там не видела? Что, Дока звать, раз ты меня стесняешься? Я на всякий случай подстрахую.
Страховка оказалась не лишней. Когда он встал на ноги, голова закружилась так, что, если бы не плечо девушки, упал бы обратно на кровать.
— Ну вот, молодец! Теперь давай одеваться, умываться.
Одноразовый комбинезон, в который его каждое утро заворачивал саркофаг, исчез, на его месте оказались белые штаны и такая же футболка. Ботинки из прошлой жизни стояли тут же, как будто насупясь, но рядом с ними оказались веселого вида сандалии, явно более подходящие для новой одежды.
Столовая в общине занимала площадь, равную минимум трем каминным залам Альбрукского замка, но в ней сейчас кроме Закари и Сильвии никого не было.
— Уже десять часов. У нас никто столько времени не спит, — объяснила Сильвия. — Люди завтракают в три смены с полседьмого до восьми.
Запах тут стоял, конечно, не как на кухне у Гвидо, но тоже достаточно аппетитный. Он вдруг почувствовал такой острый голод, что его снова замутило.
— Садись, садись, — девушка тревожно глянула на него своими странными глазами. — Какой ты бледный. Сейчас все принесу.
К его большому разочарованию, ему подали ненавистную пластиковую кашу, почти такую же, какой кормили в улье.
— Тебе лучше пока есть привычную для желудка пищу. Но я попросила натереть тебе в нее яблочко, — извиняющимся тоном проговорила Сильвия.
Зато запить эту слякоть ему было позволено крепким кофе, который пробудил в Закари интерес к жизни. Он взглянул на девушку, и она показалась ему очень милой. Сильвия с такой заботой смотрела на подопечного, что у него защипало глаза.
— Спасибо за вкуснейший завтрак! Я готов, веди меня к вашему предводителю, — нарочито бодро сказал он, чтобы скрыть сантименты.
Староста вопреки ожиданиям оказался относительно молодым человеком лет не более сорока. Роста он был небольшого, а телосложения худощавого.
— Илай, — представился он и протянул крепкую руку.
Илай встретил их в помещении, в котором находились щиты управления энергоблоками. Оно было похоже на капитанский мостик космического корабля из старинного фантастического фильма. При более пристальном рассмотрении становилось понятно, что все это множество ламп, кнопок, датчиков, мониторов и тумблеров практического функционала давно не имеет: лампочки и мониторы не горели, некоторые кнопки и тумблеры были выворочены с корнем, из зияющих дыр торчали разноцветные провода. Рабочий вид имел только один самый большой терминал искусственного интеллекта, который, по всей видимости, управлял единственным действующим энергоблоком. Вид, однако, у него был допотопный.