Сложно представить, что мне удалось бы сбежать, ведь у клана есть связи по всей стране. Весь корпус правоохранительных органов немедленно включился бы в мой поиск. Меня бы обнаружили довольно быстро, а затем пожизненно заперли в доме.
- Когда твой брат что-то подобное вытворяет, ты удивляешься, как в первый раз, - замечает Джери. – После того, как он с трудом позволил случиться нашей дружбе, я уже не верю в то, что он может поступать иначе.
Я познакомилась с Джери еще в младшей школе, когда мне было восемь лет. Это время было для меня непростым, так как всего несколько лет назад я пережила утрату отца. Помню, как долго и мучительно уговаривала брата отправить меня в частную школу. Не могла больше оставаться на домашнем обучении, и после нескольких литров моих слез и дерганий его за волосы, он согласился, посчитав, что я все равно не смогу долго продержаться среди других детей.
Ведь вокруг меня витали слухи о нашей семье, и все знали о ее влиянии. Это, конечно, не способствовало общению с одноклассниками. Когда я впервые встретила Джери, он относился ко мне с настороженностью. Постоянно замечала, как
он внимательно следил за реакцией других детей, которые косились на меня. Возможно, Джери боялся, что наше общение как-то повлияет на его репутацию. Но со временем, когда мы начали проводить больше времени вместе за учебой, его отношение ко мне изменилось.
В нем я нашла ту поддержку, которой мне так не хватало в трудные времена, и я старалась делать то же самое для него. Мы обсуждали все: от школьных предметов до мечт о будущем, и это сближало нас еще больше. В один из таких дней, наполненных беззаботностью, мы решили устроить праздник в нашем классе, чтобы поднять настроение всем одноклассникам. Мы долго думали, что нам принести, и в итоге выбрали огромную дыню вместо традиционного торта. Правда, мы ее разукрасили, и она перестала быть съедобной.
Появление у меня друга невозможно было скрыть от брата. Я и Джери были довольно озорными, и наши шалости быстро становились известны. Каждый раз, когда мы что-то вытворяли, представитель клана приходил, чтобы выслушать все жалобы по поводу моего поведения, а затем передать их Полу.
«Кто разбил окно?» - «Джанан и Джери». «Кто закинул бомбочку в унитаз?» - «Джанан и Джери». «Кто подложил булавки на кресло преподавателя?» - «Джанан и Джери».
И так продолжалось достаточно долго, пока брат не вернул меня на домашнее обучение и не запретил общаться с Джери. Мне понадобилось восемь лет постоянных истерик, побегов с другом на тусовки или к нему домой, а еще куча домашних арестов, чтобы Пол понял – нам бесполезно запрещать дружить.
- Может, я все еще верю в то, что он изменится, - хмыкаю я, сама не веря в то, что говорю.
- А кто этот жених, хоть имя его знаешь? - интересуется Джери.
- Нет, и знать не хочу, - отвечаю я с прежним раздражением.
Джери, с его загадочной улыбкой и веснушками, напоминает мне о том, что мы с ним как два горошка в стручке, хоть у нас разные цвета глаз: у него черные, а у меня голубые.
- Ты не слишком горячишься, ДжанБум? - продолжает он, подмигивая. - А вдруг он окажется настоящим красавчиком, как с обложки модного журнала?
Я закатываю глаза, прокручивая в голове эту мысль.
«Дайте мне сил!»
- При чем здесь его внешность? Этот человек купил меня, как вещь, Джери! - возмущаюсь я, чувствуя, как моё сердце стучит от гнева.
- Заключил бизнес-сделку..., - начинает он, но я бросаю на него взгляд, полный недовольства, и он поднимает руки в знак примирения, понимая, что лучше не продолжать эту тему.
- Знаешь, а налей мне наши виски, - прошу я бармена, пытаясь отвлечься от навязчивых мыслей.
В этот момент в баре грустно заигрывает волынка, наполняя пространство мелодией, будто специально под мое настроение.
- Ты уверена? А если тебе сегодня вечером все же придется ехать на этот...прием? - спрашивает друг, и я громко смеюсь, словно это самый смешной анекдот.
- Если и придется, то я сделаю так, что этот козел-безрогий не захочет иметь со мной никаких дел! - заявляю с решимостью.