Наконец, ко мне подсаживается компаньон для распития виски – взрослый мужчина, который, судя по его выражению лица, переживает тяжелые времена. Его глаза полны печали, и я понимаю, что он пришел сюда, чтобы забыть о горечи, заполняя пустоту в душе крепким напитком. Он начинает рассказывать свою историю, и его слова проникают в меня, как холодный ветер в зимний вечер.
- Брак - полное дерьмо, - бормочет он спустя час откровенных разговоров, его голос полон отчаяния. - Не совершай моих ошибок, девочка.
«Ему изменила жена»
- Я бы с радостью, но меня заставляют, - отвечаю я, раскачивая остатки виски в стакане.
Мысли о том, что меня ждет в будущем, не дают покоя. Я чувствую себя в ловушке, как бабочка в колбе, и это осознание давит на меня.
«Черт, сколько времени?» - мелькает в голове. – «И спросить некого. Джери весь в работе, мой компаньон пьяный, а Креван... о нет, Креван! Мой охранник, друг, да и еще убийца экстра-класса, вероятно, сейчас ищет меня по всему городу. Я сбежала от него в спа-салоне, зная, что он не одобрит мои пьянчужки в баре. Даже отключила телефон, чтобы не быть обнаруженной, что делать категорически запрещено. Как я могла так поступить? Все, Джанни, ты больше не существуешь для его сердца»
- Ни в коем случае не соглашайся на этот брак, дорогуша. Борись до последнего, слышишь? - говорит он, глядя мне в глаза с искренним беспокойством.
- Слышу, - отвечаю я, слегка покачиваясь от вертолетов в глазах, которые уже начали кружить вокруг меня.
- Борешься? - спрашивает он, толкая меня в плечо, словно пытаясь пробудить во мне боевой дух.
- Борюсь, - отвечаю я с кивком головы, хотя внутри меня царит неуверенность.
- Борешься?! - повторяет он, уже сильнее толкая в плечо, словно хочет убедиться в моей решимости.
- Борюсь! - восклицаю я и снова не по правилам выпиваю остатки виски, как последняя идиотка.
В этот момент чувствую, как все вокруг начинает вращаться, и реальность размывается.
«Все, это мрак. Здравствуйте, товарищи-вертолеты. Вы вряд ли уже улетите», - думаю я, когда мужчина слишком сильно толкает меня в плечо, и я теряю равновесие.
Чудом приземляюсь на ноги, падая с барного стула, но ощущение, что мир вокруг меня кружится, не покидает. Понимаю, что вроде как крепко стою на своих двоих, и, собравшись с силами, делаю ответный толчок ладонями. Мой компаньон, находясь в пьяной прострации, даже не осознает, что я пытаюсь вернуть ему его же игру. Он смеется, поднимая свой тублес, и я, не удержавшись, тоже смеюсь.
В этом состоянии алкогольного восторга и веселья мне вдруг приходит в голову безумная идея: я поднимаюсь на барную стойку и начинаю танцевать под народную шотландскую музыку, которая звучит из динамиков.
«Музыка и то радостнее меня. Судьба явно смеется надо мной. Мне больше подошла бы грустная волынка, чтобы выразить все мои переживания»
Кто-то из толпы вдруг кричит: «Ууу, детка, давай, жги!»
Я погружаюсь в ритмы музыки. Танцевать мне, конечно, не дано – мои движения не отличаются грацией, но в этом состоянии свободы чувствую, как каждая клеточка моего тела наполняется энергией. Судя по лицам окружающих, они в восторге. Или, возможно, просто все вокруг настолько «подшофе», что их лица светятся тем благословенным светом, который дарит алкоголь. В конце концов, неважно. Толпа скандирует, словно мантру, и я, переполненная азартом, молюсь лишь о том, чтобы Джери не пришел в ярость из-за того, что танцую в обуви на барной стойке.
Мое сердце стучит в унисон с музыкой, а мир вокруг меня превращается в буйный поток эмоций. Я ловлю ритм, поднимаю руки и качаю головой, пытаясь вырваться из лап мрачных новостей, которые сегодня отравили мой разум. В голове у меня лишь одна настоятельная мысль: если я сейчас не освобожусь от этих оков, то больше никогда не смогу этого сделать. Виски пульсирует внутри меня, как в бурном океане, а струящийся поток музыки заполняет каждую часть моего существа.
«Сначала забрали жизнь моего отца, потом адекватность у брата, следом умение быть матерью у Кэтрин, а теперь еще и возможность решать, с кем спать. Охренеть, не встать!»
В этот момент кто-то из толпы снова кричит: «Смелей!»
Начинаю двигаться еще более энергично, словно пытаясь сбросить с себя все тяжести, которые так долго меня тяготили. Каждое движение — это протест против тех обстоятельств, которые пытаются сломить меня. Я чувствую, как алкоголь разжигает мою смелость, и это придает мне уверенности. Вокруг меня собирается все больше людей, они смеются, подбадривают, и я ощущаю себя в центре внимания – в центре этого безумного, но такого живого мира.