– Держи мобильник включенным и при себе на случай, если меня нужно будет вызволить. Я надеюсь, что ты придёшь во всеоружии.
Эшли крикнула ей через дорогу, чтобы она поторопилась.
– И неси свою задницу наверх, – добавила она.
– Ты поняла, – сказал Райли. – И Эм?
– Да?
– Постарайся весело провести время.
Пронзительные крики раздались, как только открылась дверь. Веселье не было предметом выбора.
***
Для некоторых девчонок провести всю ночь, одевшись в цвета сладкой ваты, танцуя вокруг, как Человек-паук на джетпаках, и запасаясь сплетнями, возможно, было мечтой, ставшей явью, но для Эммы это было жестоким и необычным наказанием. Она не знала, где было её место среди хихикающих групп девчонок, поэтому держалась у входа и наблюдала за происходящим в тени, не желая привлекать внимания к спортивным штанам, слишком большого размера и выцветшей футболке. На баскетбольном поле с товарищами по команде она могла хотя бы притвориться, что чувствует себя в своей тарелке, но независимо от того, сколько указаний она давала девчонкам, они никогда не примут её. Не то чтобы она хотела подружиться с ними или что-то в этом роде, но, возможно, было бы не так ужасно не чувствовать себя изгоем. Возможно.
Когда энергия стала угасать и принесли пиццу, девчонки не смогли удержаться от приятной и спокойной игры «Правда или действие». Очевидно, в женской забегаловке это была популярная игра. Чтобы сделать её интереснее, Лорин оставила только «правду».
Мэдисон, не стеснявшаяся раскрывать свои секреты любому охотному слушателю, вызвалась быть первой. Сев в круг, все девчонки сосредоточили на ней своё внимание, когда она называла последнюю жертву своего сильного влечения. Алекс. Бедный парень. Что он наделал?
– На прошлой неделе, на уроке физики, я уронила ручку и она закатилась под парту Алекса. Он нагнулся, чтобы поднять её и когда возвращал её мне,– зрачки Мэдисон расширились от возбуждения, – он улыбнулся.
Эмма фыркнула. Одна улыбка – всё, что требовалось от парня, чтобы девчонки впали в экстаз. Нужно не забыть сказать парням, чтобы они никогда не улыбались девчонке. Если не хотят, чтобы их заметили и потащили к алтарю.
– Что? – невинно спросила Мэдисон. – Это, безусловно, был счастливый момент.
– Должно быть, мимолётный момент, – пробормотала Эмма, не сумев прикусить язык и хранить молчание.
Лицо Мэдисон вытянулось от боли. Замечание, вылетевшее у Эммы изо рта, причинило более сильную боль, чем она могла себе представить.
– Обижать меня – твоё любимое занятие? – захныкала Мэдисон.
Шесть голов повернулись по направлению к Эмме, чтобы посмотреть, признаёт ли она, что является тем бессердечным и жестоким человеком, которого изображала. Легче не стало, когда у Мэдисон задрожал подбородок. Ещё немного – и хлынули бы слёзы. Но Эмма не хотела снова идти по этой дороге.
– Я…, – начала Эмма, но вспышка Мэдисон её прервала.
– Что ты вообще знаешь?
Шесть пар глаз снова переключились на Эмму, и она застыла. Она знала, что Алекс был приятным парнем со сладкой улыбкой, которую он адресовал каждому. Считайте это одной из его плохих привычек, но Эмма сомневалась, что Алекс мог выдержать целый час, никому не улыбнувшись. Он принадлежал к типу парней, которые по субботам убегали ранним утром, чтобы провести время с маленькой сестрой, спасали котят с деревьев и предпочли бы быть выбранными в команду последними, чтобы избавить от смущения кого-нибудь ещё. Подводя итог, Алекс принадлежал к типу улыбающихся парней. Основываясь на непредсказуемости девчонок, Эмма поняла, что, вероятно, ей не следует озвучивать правду, находясь среди полдюжины помешанных на парнях девчонок.
– Знаю, мне нужно ещё пиццы.
Эмма соскочила с пола с тарелкой в руке и буквально ринулась на кухню. Она поёжилась, когда услышала шаги. Мэдисон и остальные девчонки окружили её вместе с пиццей, загнав в ловушку. Не такое, уж плохое положение, учитывая, что осталось ещё две пиццы, а она была голодная.
– Расскажи мне, что знаешь. Пожалуйста.
Лицо Мэдисон никогда не выглядело таким жалким. Вот с чем ребята имели дело? Одно слово – и девчонка разразилась слезами. Теперь понятно, почему парни были слабыми. Лучше было уступить, чем быть причиной девичьих слёз.
Эмма осмотрелась вокруг, взглянув на каждого, кто не сводил с неё глаз и, поняв, что не сможет ускользнуть, обрушила на них поток слов.