Вера задрожала от его прикосновений, её соски напряглись под тканью бюстгальтера. Она больше не могла ясно мыслить; всё, чего она хотела — это быть с ним. Не сказав ни слова, она потянулась к его рубашке и начала расстегивать пуговицы.
Её движения были быстрыми и нетерпеливыми, наполненными страстью, о которой она даже не подозревала. Она дернула за ткань, пока та не распахнулась, обнажая его крепкую грудь и подтянутый пресс. Она провела по ним руками с благоговением, ощущая тепло его кожи под своими пальцами.
Артем тихо простонал, выгибаясь навстречу её прикосновениям. Его мышцы напряглись под её руками, вызывая у неё дрожь по всему телу. Он притянул её ближе, их губы снова слились в поцелуе. Поцелуй стал ещё более глубоким и настойчивым, по мере того как их желание друг к другу росло.
Теперь их руки свободно скользили по обнажённым участкам кожи, исследуя каждый дюйм друг друга. Пальцы Веры пробежались по его прессу, пока руки Артема скользили под её рубашку, лаская её голую спину. Они двигались вместе, словно два танцора, потерявшихся в чувственном вальсе.
Они снова разъединились, тяжело дыша. Вера ахнула, когда Артем расстегнул застёжку её бюстгальтера, освобождая её грудь. Он взял одну в рот, нежно посасывая сосок, пока его рука исследовала мягкую кожу её живота. Она громко застонала, запрокинув голову от удовольствия.
Их страстная любовь началась, как вихрь огня, пота и стонов. Они забыли обо всех проблемах и опасностях, которые преследовали их, потерявшись в этом моменте чистого блаженства, которое они разделяли друг с другом. Их тела двигались в идеальной гармонии, каждое прикосновение, каждый вздох усиливал ощущение.
Когда они достигли кульминации вместе, их мир взорвался симфонией цветов и света. Они упали без дыхания и насыщенные, их сердца бешено стучали в унисон. На мгновение они лежали, переплетённые, наслаждаясь послевкусием страстной близости. Артем прислонился лбом ко лбу Веры, его глаза были закрыты.
— Прости, — прошептал он. — Я должен был сделать это раньше.
Вера улыбнулась, чувствуя, как внутри разливается тепло.
— Лучше поздно, чем никогда, — тихо ответила она.
Артем открыл глаза и улыбнулся в ответ. Но его улыбка быстро исчезла, когда он посмотрел куда-то за плечо Веры.
— Что такое? — спросила она, заметив перемену в его лице.
— Кажется, у нас проблемы, — мрачно ответил Артем.
Вера обернулась и увидела то, что привлекло его внимание. В стене пещеры виднелся узкий проход, и из него лился слабый свет. Но не это встревожило Артема. На камнях рядом с проходом виднелись странные символы, высеченные, казалось, много веков назад.
— Что это? — спросила Вера, вглядываясь в загадочные знаки.
Артем напряженно всматривался в символы, его лицо стало серьезным.
— Это предупреждение, — тихо сказал он. — И если я правильно его понимаю, то нас ждет нечто гораздо опаснее, чем бурная река.
— Что ты имеешь в виду? — встревоженно спросила Вера.
Артем посмотрел на нее, и в его глазах читалась тревога.
— Кажется, мы нашли то, что искали. Или оно нашло нас.
8-2
Вера внимательно вглядывалась в загадочные символы на стене пещеры, пытаясь понять их значение. Они выглядели древними, высеченными в камне много веков назад. Некоторые напоминали ей знакомые буквы, но большинство казались совершенно чужеродными.
— Что они означают? — спросила она, поворачиваясь к Артему.
Его лицо было напряженным, брови сдвинуты, пока он изучал надписи.
— Это древний язык, — сказал он тихо. — Я видел похожие символы в документах моего отца. Но никогда не думал, что увижу их в реальности.
— И что там написано?
Артем глубоко вздохнул.
— Насколько я могу понять, это предупреждение. "Идущий дальше, оставь надежду". И еще что-то про "хранилище великой силы" и "цену, которую придется заплатить".
Вера почувствовала, как по спине пробежал холодок.
— Звучит не очень обнадеживающе, — сказала она, пытаясь скрыть дрожь в голосе.
— Да уж, — Артем невесело усмехнулся. — Похоже на классическое "не буди лихо, пока оно тихо".
— И что мы будем делать? — спросила Вера, переводя взгляд с загадочных символов на темный проход впереди.
Артем на мгновение задумался, его взгляд был устремлен куда-то вдаль, словно он пытался увидеть то, что скрывалось за поворотом туннеля.