— Не переживайте, адептка, все бессмертные существа принадлежат к Тьме, даже если раньше они были людьми, — после этих слов я наконец опустила карандаш, робко поздоровавшись с Арианом.
— О, снова ты. Агелар, неужели так быстро разгадал загадку? Ради этого стоило бросить ту с… — стрельнул глазами в меня, — собеседницу.
Мы с ректором одновременно хмыкнули, а меня насмешила мысль, что вокруг одни джентльмены, постоянно исправляются в моем присутствии, щадя несозревшую психику.
— Если бы разгадал! У нас тут целый кладезь тайн, — саркастически произнес химерец и мне эти слова совсем не понравились. Словно все мои секреты не надолго такими останутся.
Непонимающий взгляд бессмертного осматривал нас поочередно и в итоге, вольготно разлегшись на хорошо знакомом мне диванчике, блондин обратился к ректору:
— Я весь внимание.
Пока Дер Иманд расписывал всю ситуацию будущей жертве, я вернулась в работу. Самым сложным в моем деле будет перенос энергии через накопитель в Ариана и поиск точки закрепления става, так как в этот период действовать нужно быстро и не допуская ошибок. Поэтому я как можно тщательнее расписывала каждый свой шаг, одновременно попивая травяной чай, от которого во второй раз отказываться не стала. После работы с рунами меня всегда мучила жажда и сейчас я как можно больше впитывала спасительной жидкости. И вот эта самая жидкость чуть не убила меня после слов ведующего:
— Ситуация, конечно, крайне занимательная. Чтобы человечка, не способная к магии, да еще и адептка, была единственной надеждой на спасение самого экс-Верховного! — я внаглую подавилась, да так, что казалось умру от удушья. Откашливалась я долго и со вкусом, отказываясь принимать новую информацию. Но мужчины очень натурально игнорировали мое критическое состояние, продолжая болтать.
— Ох, помню я то время из рассказов отца. Только-только объявили всех… как их там называют…истинных мастеров вне закона. Вокруг творился такой переполох. Революция, восстания то тут то там, повстанцы, сжигающие деревни. Романтика! Хорошо люди жили. Не то, что мы сейчас. И скучно никогда не было. Каждый день как последний, — мечтательно закатил глаза к потолку этот… ОЧЕНЬ древний ведующий. Ведь на сколько я знаю, первые сжигания книг и мастеров начались около 500 лет назад. Невероятно. В иной ситуации, я бы накинулась на бессмертного с расспросами, но время было неподходящее.
— Так мастеров действительно больше не осталось? — напряженно спросил ректор и я подобралась, внимательнее вслушиваясь в их разговор и отставляя подальше проклятую чашку.
— Последний известный мне умер лет 100 назад. Может, где и остались, прячутся, однако я их больше не встречал. До сегодняшнего дня. А птичка и правда оказалась не так проста, — и две пары глаз прожгли мне спину, заставив нервно поерзать на месте. — Ну и твой этот убийца под видом купидона. И какова моя роль в этом вашем ритуале? — тут уже была моя очередь вступить в разговор. Надо сказать, мне очень повезло, что мужчины ничего не знали о руничестве, так как у них не было той грани между разрешенными знаниями и не очень. Нет, конечно, сам факт того, что я вижу запрещенные руны, могу их опознать и деактивировать уже заслуживает на казнь (которой я надеялась избежать, после спасения ректора), но в мои планы входили действия, относящиеся к темному руничеству. А тут уже даже спасение экс-Верховного не убережет меня.
Начали мы под вечер. Сказать, что мне было страшно, это ничего не сказать. Но нечто подобное я уже делала, правда тогда объем энергии был меньше, а я находилась в состоянии аффекта. И все же надеялась на повторение успеха.
Я достала из сумки необходимый инструментарий. Руну накопитель расположила по правую руку на столе. Я не энергоцелитель и перенаправить энергию сразу в тело Ариана не могу, тогда придётся пропускать все через себя, а мне Тьма противопоказана. Немного в стороне зажгла свечу, обработав над ней маленький острый нож и положила его на стерильный бинт, которым потом перемотаю рану. Так же достала бутылку воды и стилус. Все эти вещи я всегда носила с собой. Ведь никогда не знаешь, когда в голову придет очередная блестящая руническая комбинация, которую захочешь попробовать. А ножичек же был просто для самообороны с каникул. Район, в котором я жила в родном городе, имеет не очень хорошую славу. В руничестве же я обычно использую кинжал, исписанный руной обезболивания, быстрого заживления и обеззараживания. Сейчас же придётся туго и больно. Ректор расположился в кресле, в котором до этого сидела я. А рядом, чтобы мне с накопителем не бегать по всему кабинету, в перенесенном неясно откуда ректором кресле, медитировал Ариан. Пока я готовилась, этот бессмертный не удержался от шпильки:
— Вот тебе и по заслугам. Надеюсь, адептка, вы не слишком мстительны. На всякий случай спешу напомнить, что я не виноват в том взрыве на полигоне, — я все же расслышала в голосе немного нервные нотки, хотя возможно, это просто очередная шутка. Все-таки я, наверное, была немного мстительной, иначе как объяснить неожиданно вырвавшиеся слова:
— Не волнуйтесь, будет не до крика больно. Возможно, — а вот этот откровенный ужас игрой точно не был. Быстро отворачиваясь к столу, пыталась скрыть улыбку. Это позволило немного сбросить напряжение. Сейчас самое главное унять дрожание пальцев. Штрихи должны получаться ровными и четкими. Перепроверив несколько раз записи, я была готова начать. Ректор закатал рукава рубашки и почему-то я только сейчас вспомнила, что для поиска точки закрепления мне нужно будет использовать Видение на энергетическом цетре, проще говоря вглядываться в солнечное сплетение. Обычно мастера размещали точки закрепители либо в голове, при ментальных ставах, либо в центре живота, там где собственно и находится магический резерв. В глазах отголосков я не увидела, что в принципе было логично, но проверить все равно нужно было. Значит, остаётся солнечное сплетение. Вот только есть одно маленькое и очень смущающее «но».
— Вы не могли бы расстегнуть рубашку, одежда помешает поиску закрепителя, — отводя глаза от ректора и потешающегося ведующего, я отчаянно пыталась не покраснеть. Не получилось.
Ухмыльнувшись, мужчина и вовсе снял рубашку, а я замерла, удерживая себя от разглядывания. А посмотреть было на что. Ну вот почему всегда так? Почему у таких мужчин, как он, всегда такое шикарное телосложение? И лишь предстоящий ритуал не позволял бессовестно уронить челюсть, то ли от зависти, то ли от эстетического удовольствия.
— А мне тоже нужно раздеться? — насмешливо поинтересовался Ариан, наслаждаясь моим смущением с каким-то садистским блеском в глазах.
— Вам, — придирчиво осмотрела лоскуты одежды на груди. В принципе, то, что нужно, оголено, — нет.
Блондин проследил за моим взглядом на собственную грудь и мечтательно улыбнулся, явно вспоминая недавние подвиги.
Сообщив о начале ритуала, я закрыла глаза, выбрасывая лишние мысли. Только концентрация. Только трезвый ум. Подышав несколько глубоких вдохов-выдохов, попросила у великой Селены удачи и приступила.
Первым делом стоило нанести руну Отмены. Она высвободит поток энергии, словно затычка из огромной бочки с пивом. Главное, чтобы это пиво полилось в правильную сторону. Шепча на древнем языке функцию и намерение предстоящей руны, взяла в руки ножик. Ректор был предупрежден, что на первом этапе понадобится его кровь, так как почти со стопроцентной вероятностью могу гарантировать, что при создании она использовалась. Это еще одна причина, почему став светится красным, а не фиолетовым, как все запрещенные. И для отмены лучше всего тоже было использовать кровь. Поэтому ректор без вопросов протянул мне ладонь. Я, конечно, могла бы использовать и свою, но в сравнении с ректоровской, это будет как артериальное и венозное кровотечение. То есть его кровь не вызовет «фонтан» энергии, хлынувшей из образовавшегося просвета, а немного удовлетворит став, направленный на его же убийство. Вот только порезать самого экс-Верховного никак не получалось. Я просто не могла это сделать. Наблюдая, как я несколько раз подношу и убираю ножик, никак не решаясь, ректор психанул, и отобрав оружие, рассек ладонь так, что за пару секунд кровь наполнила его ладонь, потихоньку капая на шерстяной ковер. На секунду даже растерялась, не зная лучше оказать первую помощь или заняться руной. Меня лишили выбора раздражёнными словами: