Звери приближались не спеша. Они были уверены, что добыча загнана в угол.
- Когда все произойдет, тащи ее в проход, - Лоран взглянул на друга, - Что бы ни случилось, понял?
Валариан, хмурясь, кивнул. Не нравилось ему все это, но другого плана под рукой не было.
- Сейчас! - скомандовал наместник.
Сивилла, взмахнув рукой горизонтально, пустила в ход дугообразный луч света. Стремительно достигнув теневиков, всех разом заставил раствориться в воздухе. Сразу же следом за этим Лоран бросил в сторону оставшихся демонов гномьи гранаты. Произошел оглушительный взрыв. И целые кучи песка взмылись к ночному небу.
От ударной волны эльфы повалились на землю. В ушах звенело. Картинка перед глазами немного плывет. В более трезвое состояние вернул вопль девушки. Та, держась за живот, корчится от резкой боли. Похоже, все ранее пережившее вызвало в итоге преждевременные схватки.
- Уноси ее отсюда! - крикнул Лоран и заметил, как в клубах дыма начали появляться очертания теневиков, - Живо!
Взяв Сивиллу на руки, Валариан медленно побрел в сторону белой дыры. Ноги непослушно буксуют в песке. А сзади слышится громкий голос Лорана, пытающегося отвлечь зверей на себя.
- Подожди...портал...- пересиливая острую боль, проговорила девушка.
Она приподняла судорожно трясущуюся руку в сторону прохода. Полупрозрачная призма сферы обрамлилась золотистым ободком и по ту сторону стало проглядываться знакомое поле перед Тарросом.
Валариан подошел к порталу совсем близко и обернулся в пол оборота посмотреть, идет ли за ними Лоран. Однако, единственное, что он успел увидеть — как эльф размахивал перед теневиками булавой. И тут же дыра поглотила. Затем яркая вспышка. В следующую секунду перед глазами предстали узнаваемые зимние пейзажи.
Руки сильней прижали Сивиллу к себе. От перехода через портал та совсем ослабла, потеряв сознание.
- Они вернулись! - прозвучал звонкий голос, за ним последовал горн.
Не в силах больше стоять на ногах, Валариан присел на колени, аккуратно положив девушку на мягкий и холодный снег. Прибывшие незамедлительно городские стражи перенесли ее на носилки, а затем в повозку. Лекари тут же принялись копошиться над ней.
Эльф все также продолжал сидеть в сугробе, неотрывно смотря на свои ладони. Миссия прошла успешно. Но какой ценой?
- Проклятье...- пронеслось лишь в голове.
Не в силах уже сдерживать свои эмоции Валариан закричал во весь голос, устремив наполненное болью утраты лицо к серому небу.
* * *
Глава 18: Разочарование и надежда
Что с трепетом ждали, может разочаровать.
А на что потеряли надежду — воодушевить.
***
3 эпоха — 2506 год
(181 год до гибели богов)
Стук резких снежинок, ударяющих в стекло, вытянули из глубокого сна. Золотистые глаза приоткрылись и посмотрели на бушевавшую снаружи метель.
Прошло несколько недель со дня возвращения из изнанки. И все это время Сивилла не выходила из своих покоев. Рождение долгожданной дочки отняли остатки сил у девушки. Она даровала ей имя Мерисса и уже любила это маленькое создание всем сердцем.
Эльфийка поднялась с постели и заглянула в кроватку, стоявшую неподалеку. Малышка мирно спала, посасывая большой палец своей маленькой ручонки. Ее малюсенькие волоски на голове приобрели темный угольный оттенок, напоминая о своем происхождении. Сивиллу беспокоило, что из-за этого Мериссу не признают дочерью и наследницей Валариана, хотя девочка имеет отцовские черты, в том числе и цвет глаз. Кто знает, в чем еще может отразиться в этом маленьком существе проявление силы темного. И одним лишь цветом волос явно не ограничится.
Дверь тихонько приоткрылась и в комнату вошел Валариан в сопровождении двух служанок. Одна из них принесла поднос с едой и расположила его на небольшом круглом столе у окна. Вторая принялась менять постельное белье.
- Спит хорошо? - спросил эльф, подойдя к кроватке и взглянув на девочку.
- Ночью часто просыпается, - ответила Сивилла, прикоснувшись к руке парня, но тот медленно отстранился.
За эти прошедшие недели Валариан будто охладел к девушке. И она это прекрасно понимала и не осуждала. Ему трудно свыкнуться с мыслью, что его любимая женщина спала с другим. А это мирно спящее дитя будет живым напоминанием об этом. Однако, Валариан утешал себя тем, что его дочь хотя бы похожа на него.