— А охрану для каравана с золотом мы наймём из числа «правильных» наёмников, — продолжила Лира, подхватывая мою мысль. — То есть, из наших же парней. И официально увеличим численность «Северных волков», скажем, до тысячи копий. Под предлогом необходимости защиты такого ценного груза.
— Именно, — кивнул я. — И как только я получаю титул, у меня появляются совсем другие возможности. Я смогу легально владеть землёй не только на севере, но и здесь, под столицей. Смогу официально набирать людей, создавать свою собственную гвардию…
— А потом прикупим поместье где-нибудь здесь, — Лира постучала ноготком по карте, в паре миль от столицы. — И будем продолжать нашу тихую экспансию, если понадобится. Прямо под носом у короля и его сыновей. Гениально, мой Железный Вождь.
— Вот и займись, — я посмотрел прямо в её хитрые глаза. — Кулон связи у тебя. Связывайся с Торвальдом, запускай процесс. «Покупай» землю, готовь караван с золотом, составляй прошение.
Лира победно улыбнулась, её хвосты нервно дёрнулись в предвкушении большой игры.
— Будет сделано, дорогой. Кстати, о похвале… Ты же помнишь про «чмокнуть в лобик»? Моя очередь первая, я так понимаю?
Я услышал, как в соседней комнате кто-то из её девочек трагически вздохнул.
— Не подлизывайся, — грозно посмотрел на лису. — Сначала дело! А теперь за работу, времени у нас в обрез. Что-то мне подсказывает, что темные этот вопрос либо уже решили, либо вот-вот закончат с ним…
Глава 5
Свежеиспеченный маркиз Алехандро фон Вильяда, Око Короля и его негласный палач, сидел в своем кабинете и чувствовал, как по венам вместо крови медленно расползается раскаленный свинец. Раздражение, густое, как деготь, затапливало сознание, мешая сосредоточиться на ровных, убористых строчках донесения, лежавшего на столе. Теперь он сидел здесь, в своем кабинете безвылазно, но это был уже не тот беззаботный граф, что планировал провести месяц в пьянстве и разврате. Это был маркиз фон Вильяда, член тайного совета, один из немногих, кто знал страшную правду о состоянии короля и о той бездне, на краю которой балансировало все королевство. Дел после того памятного ночного разговора прибавилось втрое. Ответственности — вдесятеро. Это было уже не просто вытряхивание золота из карманов нерадивых баронов. Теперь на кону стояла судьба короны.
Раз в три дня в его поместье являлись безликие, молчаливые маги в серых плащах, королевские посланники. Они, не говоря ни слова, передавали ему запечатанные пакеты и так же молча растворялись в ночи. Внутри квинтэссенция отчетов разведки со всех уголков королевства. И новости, которые содержались в этих отчетах, заставляли волосы на затылке шевелиться.
Темные активизировались. Их диверсионные группы все чаще и наглее проникали на территорию Лангра. Принц, тот самый младший, что оказался главой отряда ликвидаторов, утверждал, что первые эмиссары «Кровавой розы» уже в столице. Ищут контакты, прощупывают почву, пытаются закрепиться. Причем действуют не только через поместья его старших братьев, но также ищут выходы на других влиятельных аристократов.
А недавняя находка и вовсе выбила из колеи даже бывалого Вильяду. В лесу, буквально в паре лиг от городских стен, патруль наткнулся на свежую братскую могилу. Почти сотня трупов тёмных эльфов, вырезанных с профессиональной жестокостью. Кто устроил эту бойню, выяснить, разумеется, не удалось. Но сам факт того, что под самым носом у короля две вражеские группировки устраивают кровавые разборки, говорил о многом. Накал страстей нарастал, и скоро этот гнойник должен был прорваться.
Дальше шли сводки, от которых тоже не становилось легче. Строительство новых крепостей на границе шло с отставанием от графика. Казнокрадство, саботаж, и прочее и прочее. Заготовка провизии и фуража для армии тоже шла со скрипом. Местные бароны, чуя скорую смену власти, придерживали зерно, надеясь продать его подороже, когда в стране начнется голод и смута.
И беженцы… Эта тема была отдельной, пульсирующей головной болью. Сотни тысяч разумных, хлынувших в Лангр с разоренных королевств княжеств. С одной стороны — дешевая рабочая сила, которую можно было за гроши согнать на те же стройки крепостей или на рудники. С другой, это был готовый фитиль для социального взрыва. Вильяда лично видел, как в городах нарастает сегрегация. Местные жители смотрели на «понаехавших» с брезгливым высокомерием. Беженцам платили меньше, прав у них было меньше, их можно было безнаказанно унижать и обворовывать. И маркиз четко понимал, что темные, мастера интриг и провокаций, не преминут этим воспользоваться. Раскачать эту лодку, стравить коренных с пришлыми, было проще простого.