— Дела, моя милая, дела, — в тон, с лёгкой хрипотцой ответил маркиз, прикрывая глаза. — Корона не даёт расслабиться ни на минуту. А я не привык откладывать важные дела в долгий ящик.
— Но ведь всегда можно совместить приятное с полезным, — заметила, в свою очередь, лисица, сидящая рядом с молчащим Михаилом, глядя ему прямо в глаза.
Она поигрывала в пальцах каким-то небольшим предметом, и тот тускло поблескивал в свете фонарей.
В её руке появился медальон. Почти точная копия того, что дала ему девушка в лесу. Только этот был чуть меньше, изящнее, явно женский. Лисица с ловкостью карточного шулера пропустила его между тонкими пальцами, и тяжёлый кусок металла звякнул о кубок.
— Староват я стал для таких фокусов, — показательно млея под умелыми руками другой лисички, протянул Вильяда. Он делал вид, что не замечает медальона, что этот жест ничего для него не значит. Но сердце пропустило удар. Они не просто напоминали. Они предъявляли счёт.
— Не прибедняйтесь, ваша светлость, — снова раздался шёпот из-за спины. Девушка-массажистка чуть наклонилась, и её волосы коснулись щеки маркиза. — Вы дадите фору многим молодым. Особенно тем, — её голос стал почти неслышным, но каждое слово впивалось в мозг, как игла, — кто предпочитает службе Короне тайную продажу активов государства тёмным эльфам.
Вильяда замер. Это был прямой намёк на то, что другой стороне этой игры известно гораздо больше, чем он мог себе представить. Были известны секреты, за которые его старшие браться и их прихлебатели готовы были убивать. И люди Михаила, не стесняясь, демонстрировали ему это знание.
Всё это время Михаил сидел молча. Просто потягивал своё вино и с ленивым интересом наблюдал за этим спектаклем. За тем, как его женщины, словно две опытные удавы, медленно обвивают кольцами свою жертву, лишая её воли и пространства для манёвра. А капитан «соколов» Алекс, кажется, вообще перестал дышать. Он втянул голову в плечи и старался быть как можно незаметнее, явно осознавая, что стал свидетелем чего-то, чего ему видеть было не положено.
В этот момент в зал вернулась орчанка. Деваха и ещё трое огромных «волков» буквально за шкирки приволокли и швырнули на пол перед столом троих стражников. Тех самых, что затеяли первую драку. Они были сильно избиты, одежда на них висела клочьями, а лица превратились в сплошной сине-багровый отёк.
Пара смачных пинков под зад, и все трое, постанывая, встали на колени перед маркизом, опустив головы. Теперь все фигуры были на доске. И Вильяда понял, что настало время делать свой ход. Только вот ходов у него оставалось не так уж и много. И каждый из них вёл в одном и том же, заранее определённом направлении.
Вильяда медленно, с почти театральной паузой, снял со своих плеч руки девушки-массажистки, галантно поцеловав одну из них. Затем встал, проигнорировав лёгкий, разочарованный вздох. Маска расслабленного гедониста слетела с его лица, уступив место холодной, безжалостной физиономии инквизитора. Сейчас маркиз был в своей стихии.
— Чем отличились, герои? — коротко, без эмоций, бросил маркиз, глядя сверху вниз на троих стражников, стоящих на коленях.
Те лишь что-то нечленораздельно промычали в ответ. Один из них, судя по остаткам сержантских нашивок на изодранном рукаве, попытался поднять голову, но, встретившись с ледяным взглядом маркиза, тут же уткнулся носом в грязный пол.
— Пытались силой взять девушку в кабаке. Мы вмешались, — спокойно, как будто сообщая о погоде, пояснила спутница Михаила. Лисица лениво подпиливала ноготь небольшой металлической пилочкой. — За что ваш доблестный сержант решил, что я и моя подруга можем составить этой девчушке компанию в пополнении его личного гарема. Про банальные взятки и поборы я вообще молчу, это, как я понимаю, здесь это в порядке вещей.
— И они ещё живы? — с неподдельным удивлением усмехнулся Вильяда, обводя взглядом три трясущиеся на полу фигуры.
— Мы очень старались, ваша светлость, — весело рассмеялась орчанка, похлопывая по своему топору. — Но это было невероятно трудно для моих парней. Каждый хотел отрезать от них по маленькому кусочку на память. В назидание, так сказать. Чтобы помнили, что так делать нехорошо.
— П-помилуйте, ваша светлость… — наконец выдавил из себя сержант, шепелявя сломанной челюстью и сплёвывая на пол сгусток крови. — Бес попутал… Мы не…
— Слышал, Осорио⁈ — рявкнул маркиз, даже не поворачивая головы в сторону застывшего у колонны графа. — Из-за трёх твоих идиотов-насильников в столице, в столице, мать твою, поднялся бунт! Твои жирные крысы на взятках получают больше, чем все заезжие купцы вместе взятые, так какого дьявола их тянет на насилие⁈ Если приспичило, пусть идут в бордели, там за их грязные деньги им любую прихоть исполнят!