По ее щеке скатилась одинокая слеза. Лира не стала ее вытирать.
— А потом меня занесло в твое герцогство… Где я встретила тебя, милый. И всё изменилось. Но каждый раз, когда я смотрю на оставшихся… Я понимаю, что мое личное счастье стоит на костях погибших девочек. Если бы я не сбежала тогда из-за своей гордости, многие из них были бы живы.
Я молчал. Утешать словами — дешево. Я просто подошел и крепко прижал её к себе, зарывшись лицом в светлые волосы. Она уткнулась мне в плечо.
— И семья счастлива, что вы сами сделали свой выбор, княжна. — Звонкий, девичий голос раздался откуда-то слева…
Я повернул голову. Из густой тени надстройки башни, где, казалось бы, и кошке не спрятаться, бесшумно вышли трое. Они не прятались, просто были там, охраняя свою госпожу.
Трое улыбающихся лисичек, одетых в простую темную кожу. Они подошли ближе и, не обращая внимания на меня и Асаи, синхронно, с глубочайшим почтением опустились на одно колено перед Лирой.
— Мы умираем не за клятву, госпожа, — тихо сказала та, что со шрамом, глядя на Лиру снизу вверх блестящими от преданности глазами. — Мы умираем за ту, кто разделила с нами грязь дорог и вкус крови. И мы рады, что рядом с вами теперь стоит тот, кто умеет убивать врагов, а не торговать нашими жизнями в кабинетах.
Лира шмыгнула носом, пытаясь сдержать эмоции, и строго посмотрела на них.
— А ну встать, лохудры. Распустили тут сопли на боевом посту.
Девочки с тихим смешком поднялись, мгновенно растворяясь в тенях башни, словно их и не было.
Я посмотрел на Асаи. Снайпер стоял, чуть заметно улыбаясь краями губ.
Да уж. Война никогда не меняется. Меняются только декорации. И, кажется, в этой войне у меня появилась очень серьезная, фанатично преданная армия, которой просто нужен был правильный вектор. Что ж, направление я им задам. Как и дам новое оружие…
Глава 22
Воротник парадного камзола, расшитого каким-то жестким, почти проволочным серебром, впивался в кадык с упорством тупого ножа. Я дернул шеей, пытаясь ослабить эту средневековую удавку. Не помогло. Портной, видимо, считал, что Железный Герцог должен страдать не только на поле боя, но и на собственной свадьбе.
— Не дергайся, — едва слышно, сквозь намертво приклеенную светскую улыбку процедила Лира. Её пальчики, обтянутые тончайшим кружевом, впились мне в предплечье чуть сильнее, чем требовал протокол. — На нас все смотрят.
— Пусть смотрят, — так же тихо буркнул я, не меняя каменного выражения лица. — Я им не картина в галерее. А этот хренов воротник меня сейчас задушит.
Мы шли по центральному нефу главного храма столицы княжества. Точнее, того, что заменяло беглым кицунэ храм в их временном, хоть и пафосном, пристанище. Огромный зал. Метров сорок в длину, своды теряются где-то в полумраке, несмотря на тысячи горящих свечей. Я шел и, чисто на автомате, сканировал помещение. Балконы слева — отличный сектор для стрелков. Узкие стрельчатые окна — хрен пролезешь, но гранату закинуть можно. Колонны из розового мрамора — толстые, выдержат даже прямое попадание из моей новой полевой пушки, хорошее укрытие.
А между этими колоннами — толпа. Местный бомонд.
Это был не просто проход к алтарю. Это был смотр войск противника перед генеральным сражением. И разделение этого зверинца на фракции читалось настолько четко, что даже карты рисовать не надо.
По левую руку, сбившись в плотную, шуршащую дорогими шелками массу, стояли консерваторы. Старая кровь. Седые лисы с надменными, застывшими физиономиями, чьи предки, наверное, еще мамонтов тут гоняли. Они смотрели на меня так, словно я кусок свежего навоза, который кто-то случайно принес на сапоге в их стерильную операционную. Для них я — мусор. Человек. Варвар без родословной, который не просто влез в их политику грязными берцами, но и забирает старшую княжну. Я прямо физически чувствовал, как они в уме прикидывают, сколько золота понадобится, чтобы нанять Гильдию и устроить мне «случайный» несчастный случай на охоте. Хрен вам, а не охота. Я теперь без роты охраны даже в сортир не хожу.
Чуть дальше, кучкуясь ближе к самому алтарю — видимо, чтобы показать свою особую близость к телу князя, — стояли местные торгаши. Главы гильдий, владельцы мануфактур. У этих во взглядах читалась совсем другая математика. Они смотрели не на мой титул, они смотрели на чертежи паровых насосов, на сталь из доменных печей Брунгильды и на те самые артефактные пули, которыми я развалил череп их коллеге. В их глазах щелкали счеты. Страх пополам с жадностью. Они прикидывали, как бы половчее лечь под меня, чтобы получить эксклюзив на поставки, и при этом не попасть под раздачу от старой аристократии. Скользкие типы. С такими работать можно, но спать придетсяс открытыми глазами.