А чему нас учит история? Дальний выстрел был успешен только в одном случае: покушение на Джона Фицджеральда Кеннеди. Скорее всего стрелков было несколько.
Ли Харви Освальд оказался лишь удобной жертвенной пешкой: человек неуравновешенный, сказать точнее — больной. Среди профессионалов высокого класса таких просто нет.
Да, еще один важный фактор: у любого исполнителя шансы остаться в живых равны нулю. Устранение киллера при политическом убийстве — обязательное требование заказчика, оно гарантировано. Кто из профессионалов в здравом уме согласится?.. Впрочем, человека можно поставить в крайние обстоятельства, но это всегда рискованно… Неудавшееся покушение — крушение слишком многих планов, карьер и потеря колоссальных денег…
Большинство удавшихся покушений — это выстрелы со среднего или близкого расстояния. При этом самые удачные — когда стрелял человек или являвшийся агентом Спецслужбы, или принятый за него. Убийство Авраама Линкольна… Убийство Петра Столыпина в Киевском оперном театре — Богров был агентом и провокатором охранного отделения, сумел подойти на выстрел… Покушение на Брежнева 22 января 1969 года — Ильина приняли за охранника, он сумел расстрелять две обоймы в упор в лобовое стекло второй машины кортежа, в которой, по его мнению, сидел Генеральный секретарь ЦК КПСС… Стекло не выдержало массированного огня…
Смертельно раненный водитель, старший сержант Жариков, скончался в больнице на следующий день. Что любопытно?.. Охрана оказалась не готова к скорым действиям, преступник сумел произвести не один, не два — шестнадцать выстрелов из двух пистолетов! Убийство Ицхака Рабина…
Ну а что касается опыта, наши киллеры дадут сто очков вперед любому ихнему — пгактика, батенька, кгитегий истины!
Вывод неутешительный: главу государства могут если и не запросто, но все же укокошить любым из названных способов. Однако нужно ли это?..
Невдалеке показались огни кольцевой. Сначала я гнал машину по проселку, потом — просто по полю. Крюк получился приличный. Если меня и будут искать — то не здесь. Да к тому же погашенные габаритные огни вряд ли позволили преследователям хорошо рассмотреть марку автомобиля. Высокий «лендровер»? Так сейчас у крутых на них мода. К тому же ночью все кошки серы.
Глава 40
Бойцы одеты в черные облегающие комбинезоны, в масках. Заметить их даже на расстоянии пяти шагов было непросто; оружие снабжено резиновыми прокладками во всех местах, способных звякнуть ненароком; да и передвигались бойцы плавно, бесшумно, по-кошачьи…
Майор Стрельцов посмотрел на фосфоресцирующий циферблат часов. Минута, тридцать секунд, двадцать, десять…
Террористов майор ненавидел всей душой. Сколько бы эти паршивые газетенки ни вопили о «робингудстве» бандитов, суть их всегда останется прежней: волки. И то, что разгуливают они в человечьем обличье и даже разъезжают на шикарных иномарках, никак не меняло их звериной, враждебной людям сути… Ведь они дрались не за пищу, даже не за «место под солнцем»: убийство было для них и самоутверждением и радостью. Радостью злобного, извращенного двуногого существа, высшим удовольствием для которого было чувствовать себя выше Бога — отнимать то, что даровано Им.
Майор Стрельцов восхищался израильтянами. Безо всякого пустомельства они давно на государственном уровне приняли: убийца, садист, существо, принесшее смерть десяткам людей, должен быть уничтожен. Безо всякого следствия, суда, без учета сроков давности и законов той страны, в которой эта сволочь теперь скрывается… Он вспоминал: когда еще учился в школе, прочитал книжку о выслеживании и уничтожении нацистского врача, замучившего сотни людей… Книжка была увлекательная, но он. Женя Стрельцов, по прочтении ощутил не удовольствие от сопереживания — чувство восстановленной справедливости. Помнил он и другой случай из детства: какой-то летчик угнал новенький «Миг» в Японию. Вместе с пилотом «Миг» оказался, конечно, в Штатах… А через полтора года ТАСС передал внешне индифферентное сообщение: тот самый пилот, желавший за счет предательства сладко кушать и кучеряво жить, погиб в автомобильной катастрофе.
Предательство, как и бесчеловечность, не должно оставаться безнаказанным! В этом Стрельцов был убежден. Ведь насильно никто никого в кадровые разведчики не тянет, но такова уж система любой разведслужбы: вход — рубль, выход — пять.
Правда, сначала Стрельцов был оскорблен откровениями Гордиевского и Резуна-Суворова и тем, что эти велеречивые предатели еще живы… Потом вдруг понял: а живы ли? Амбициозные ребятки, которых СМИ используют в качестве памперсов в нужный момент… И в этой моче им тянуть собственное существование до упора…