— Не просто человек, а представитель славного народа крышевиков по имени Жуколов, — с поклоном поправил незнакомец. — К вашим услугам, милые дамы. Прошу прощения за то, что испугал вас.
— Вы тоже видите его, сестра Утта? — едва ворочая языком, произнесла герцогиня и так вцепилась в плечо своей спутницы, что та невольно ойкнула. — Или я сошла с ума?
— Вижу, — только и могла ответить жрица.
В этот момент она отнюдь не была уверена, что пребывает в здравом рассудке.
— Кто вы? — обратилась она к крошечному человечку. — Я имею в виду, чем вы занимаетесь и что вам от нас надо?
— Он назвал себя крышевиком, — сказала Мероланна. — Это прозвище говорит само за себя.
— Но… что оно означает?
— Вы никогда не слышали старые легенды? Ах да, вы же с Вуттских островов.
Мероланна несколько мгновений пристально смотрела на сестру Утту, потом, словно вспомнив о том, что привело их сюда, повернулась к крошечному созданию, которое с невозмутимым видом прохаживаюсь по столу.
— Что нам угодно? Это вы… подбросили письмо в мою спальню?
Крышевик по имени Жуколов молча поклонился. Он был так мал, что разглядеть выражение его лица не представлялось возможным, и все же сестре Утте показалось, что человечек несколько смутился.
— Это сделали люди моего народа, милостивая госпожа, — откликнулся он. — И признаюсь, ваш покорный слуга Жуколов тоже приложил к этому руку. Да, мы взяли письмо и доставили его вам. Сказать больше я не имею права. Вам придется подождать.
— Подождать? — повторила Мероланна и залилась дребезжащим смехом.
Сестра Утта начала всерьез опасаться, что со старой герцогиней случится обморок или истерический припадок. Но Мероланна быстро взяла себя в руки.
— И чего же нам ждать? — осведомилась она нарочито спокойным голосом. — Появления гоблинов, которые сыграют нам на дудках? Или же сюда явится повелитель Эльфов и поведет нас в свой золотой чертог? Клянусь святым Тригоном, вот не ожидала увидеть, как сказки станут явью!
— Я ничего не могу вам сказать, милостивая госпожа, — раздался едва слышный голос. — Но ждать осталось совсем немного. Я слышу, она приближается.
И он указал рукой на огромный камин, давным-давно стоявший без употребления. Из-за книг, валявшихся рядом с очагом, стали появляться маленькие человечки, подобные самому Жуколову. Все они были облачены в доспехи, сделанные из ореховой скорлупы и костей мелких грызунов, а в руках сжимали крошечные мечи и копья. Маленькое войско в молчании выстроилось на полу (при этом воины бросали на Мероланну и сестру Утту исполненные ужаса взгляды). Из дымохода медленно спустилась небольшая дощечка, укрепленная на длинных нитях, едва слышно скрипевших. На расстоянии около полфута от покрытой пеплом подставки для дров дощечка остановилась, тихонько покачиваясь. Теперь можно было рассмотреть, что на ней стоит трон из позолоченных сосновых шишек. На троне восседала женщина ростом с палец. Ее рыжие волосы были распущены, на голове красовалась миниатюрная корона из золотой проволоки. Взгляд ее, устремленный на герцогиню и жрицу Зории — по сравнению с ней обе дамы казались великаншами, — был полон спокойного любопытства. Наконец губы королевы тронула едва заметная улыбка.
— Величайшее из всех величеств, королева Башенная Летучая Мышь, — торжественно провозгласил Жуколов, и в его голосе послышалась благоговейная дрожь.
— Мы должны дать вам необходимые разъяснения, герцогиня Мероланна и сестра Утта, — изрекла крошечная королева. Свод очага, как пространство театрального зала или храма, делал ее голос более звучным и внушительным. — Мы располагаем сведениями, по нашему разумению, весьма ценными для вас. Мы готовы сообщить вам эти сведения, однако рассчитываем, что в качестве благодарности вы окажете нам помощь в разрешении некоего затруднения, с которым нам довелось столкнуться.
— Вы рассчитываете на нашу помощь? — переспросила Мероланна.
Маска недоумения и растерянности, застывшая на лице герцогини, делала ее старше своих лет.
— Клянусь богами, я ровным счетом ничего не понимаю. Скажу откровенно: когда попадаешь в ожившую сказку, становится как-то не по себе. Каким образом мы можем вам помочь? И о каких сведениях, якобы столь важных для нас, вы говорите?
— В свое время вы все узнаете, герцогиня, — произнесла королева так снисходительно, словно говорила с ребенком, а не с женщиной, многократно превосходящей ее размерами. — Полагаю, вам будет любопытно узнать, какая участь постигла вашего сына.
* * *