«Но почему? — не удержался от вопроса Баррик. — Зачем богам нести в этот мир кровь и мрак?»
Принц взглянул на Вансена и был поражен его бледностью, различимой даже в полумраке. Можно было подумать, что закаленный в боях солдат только что узнал точный день и час собственной смерти.
— Кровь и мрак… — шепотом повторил Вансен, как будто эти слова поразили его в самое сердце.
«Как волк, который видит перед собой кусок мяса с кровью, боги не смогут удержаться от искушения ввергнуть мир в пучину бедствий, — ответил Джаир. — Такова их природа. Сон оказался для них ловушкой — они попались в нее, как хищные звери попадают в капканы, расставленные охотником. Богам свойственна невероятной силы ярость. Но даже перед лицом этой страшной угрозы люди не откажутся от своего владычества над миром. В далеком прошлом, когда боги еще не оставили землю, люди были их покорными слугами. Тогда их было мало, и они не имели чувства собственного достоинства. За прошедшие века люди не только расплодились, но и обрели мудрость. Если боги пробудятся, на земле вспыхнет война, и жестокостью она превзойдет все прежние войны. Без сомнения, она завершится победой богов, а остатки людского племени будут влачить жалкое существование. На развалинах городов им придется построить новые храмы в честь безжалостных и бессмертных владык».
Смысл сказанного Баррик уловил не полностью, однако мрачная уверенность Джаира произвела на него гнетущее впечатление.
«Итак, опасаясь потревожить сон богов, мой народ оказался перед трудным выбором, — продолжал воин сумеречного племени. — Некоторые хотели любой ценой спасти жизнь королевы. Их вдохновляла и поддерживала леди Ясаммез, моя повелительница. Были и такие, кто предлагал иной выбор. Это путь короля Иннира, и у него нашлось немало сторонников. Я же опасаюсь, что этот путь лишь отложит на время неизбежную развязку и сделает ее еще более жестокой. Мы пошли на компромисс и заключили Стеклянный договор. Это соглашение спасает людей солнечного мира от полного истребления, ибо мы, приверженцы леди Ясаммез, свято верим: наша цель важнее милосердия и оправдывает любые жертвы».
У Баррика закружилась голова.
«И ты… ты в это веришь, Джаир? — с запинкой спросил он. — В то, что твоя цель оправдывает гибель всех жителей Южного Предела, мужчин, женщин и детей?»
«Тебе трудно понять, на чем зиждется моя уверенность, ибо ты не знаешь, как велики ставки», — последовал невозмутимый ответ.
Мысли безликого воина показались принцу каплями ледяной воды, падающими на камень.
«Я не могу рассказать тебе все, ибо эта тайна не для смертных».
«Тогда расскажи, что там у вас произошло. Ваши король и королева пошли войной друг на друга, а потом заключили перемирие?»
«Слово „война“ не может отразить сущность того, что произошло между королем и королевой, — сказал Джаир. — Да будет тебе известно, они не просто наши повелители и супруги. Они брат и сестра. Ты, как никто другой, способен понять все сложности этого обстоятельства».
«Брат и сестра…»
«Да. Вот все, что тебе следует знать. У меня нет времени пересказывать тебе всю историю моего народа и нет желания просвещать тебя. Молчи и слушай!»
Раздражение Джаира было таким сильным, что каждое его слово напоминало удар.
«Нет ничего более хрупкого и ненадежного, чем перемирие, достигнутое благодаря Стеклянному договору. Пока условия договора остаются в силе. Мы разгромили вашу армию, однако не захватили ваш последний оплот. Но мы должны это сделать, и мы непременно сделаем это. В самом скором времени по вашей земле потекут реки крови, хотя эта мысль не радует меня».
«Не думал, что ты наш заклятый враг, Штормовой Фонарь, — с горечью выдохнул Баррик. — Значит, я напрасно отнесся к тебе по-дружески».
«Я не нуждаюсь в твоем дружеском расположении, — ответил воин из страны теней. — Мне нужно твое понимание. Мне жаль, что ты заблуждался, полагая, что наша дружба способна изменить течение событий. Грядущее не в силах остановить даже боги, если бы они захотели».
«Тогда зачем ты рассказываешь нам это? Если мы обречены, не все ли равно, по какой причине нам суждено погибнуть».
«Как я уже сказал, мир балансирует на острие ножа. И мы должны приложить все силы, чтобы сохранить это равновесие. Вот, смотри. — Джаир сунул руку за пазуху своей изодранной рубашки, вытащил нечто, завернутое в грязную тряпку, и положил сверток на ладонь. — Я говорил тебе об этом, но никогда не показывал. Сейчас я решил пренебречь осторожностью, ибо надеюсь, что ты поймешь, как велика опасность и как много от нас зависит. Моя повелительница леди Ясаммез приказала мне доставить эту вещь королю Инниру. От того, сумею ли я выполнить поручение, зависит судьба мира».