— Мне доводилось слышать о тех скалах, — заметил он. — По большей части они состоят из известняка и туфа. Отличный материал для кирпичей и…
На сей раз нетерпеливое выражение мелькнуло на лице Чавена.
— Несомненно, — перебил он. — Так вот, когда я был мальчишкой, мы с братьями часто играли в пещерах. Глубоких пещер мы избегали, так как даже мои братья понимали, что они слишком опасны. Для игр мы обычно выбирали выемки в скале неподалеку от нашего дома. Там мы изображали из себя морских волков и строили крепость, чтобы отразить нападение захватчиков из Ксиса.
Губы Чавена исказила усмешка, он коротко и невесело усмехнулся.
— Эти игры можно считать иронией судьбы, — пробормотал он и продолжил свою историю. — Так вот, как-то раз старшие братья рассердились на меня — уже не помню, по какой причине — и бросили одного в пещере. Мы спустились туда по отвесной тропе, а когда тропа оборвалась, воспользовались веревочной лестницей, которую утащили из нашего сарая. Без лестницы выбраться из пещеры было невозможно. Мои старшие братья и сестра Замира вскарабкались по ней и забрали ее с собой, а меня оставили в одиночестве. Поначалу я думал, что они скоро вернутся. Мне было лет пять-шесть, и я вообразить себе не мог, что старшие поступят со мной так жестоко. Наверное, они собирались хорошенько испугать меня, а потом освободить из плена. Но один из моих братьев, Нирам, упал и сломал ногу. Перелом был такой тяжелый, что из раны торчали обломки кости. После того случая брат навсегда остался хромым. Так вот, братьям пришлось на руках нести Нирама домой. Поднялась суматоха, родители спешно послали в город за хирургом. И в этой суматохе обо мне забыли. Не буду утомлять тебя описанием кошмарных часов, которые я пережил, — сказал Чавен, словно боялся наскучить собеседнику.
Опасения его были напрасны. Прежнее нетерпение Чета исчезло без следа. Фандерлинг с поразительной ясностью представлял себе ужас, охвативший забытого в пещере ребенка, и вспоминал о Кремне, попавшем в такое же положение несколько дней назад.
«Ни мне, ни Опал никогда не узнать, что пережил мальчик там, в глубине, когда рядом не было ни одной живой души», — с содроганием подумал Чет.
— Сначала я слышал визг и крики, доносившиеся сверху, — со вздохом продолжал Чавен. — Братья пытались напугать меня еще сильнее, и им это удалось. А потом все стихло. Тишина потрясла меня больше, чем самые дикие вопли. Я понял, что остался в полном одиночестве. Наверное, братья забыли обо мне, догадался я. А может, они провалились в бездонные расщелины. Или же дикие кошки и медведи разорвали их на части. Я рыдал и вскоре совершенно изнемог от слез.
Чавен помолчал, затем продолжил:
— Я смутно помню, что произошло после. Кажется, я отыскал лаз в задней части пещеры и нырнул туда. Как я отважился на это и на что рассчитывал, я не помню. Смутно припоминаю огни и голоса, множество голосов. Одно могу сказать: после заката обо мне вспомнили, отец и слуги отправились на поиски. Они спустились в пещеру, осветили ее факелами и обнаружили, что я лежу, свернувшись в комок, в маленькой внутренней пещерке — раньше мы с братьями ее не замечали. Впоследствии отец приказал завалить камнями вход в большую пещеру, чтобы положить конец нашим опасным играм. — Чавен провел обеими руками по своей лысеющей голове. — С тех пор я испытываю непреодолимый страх перед темнотой и замкнутым пространством. Чтобы спуститься в Город фандерлингов и отыскать тебя, мне потребовалось собрать все мужество. Я понимал, что, если не найду помощи, я погибну.
«Неужели каменный потолок над головой может кого-то угнетать? — пронеслось в голове у Чета. — По-моему, он дает лишь приятное ощущение защищенности».
Фандерлинг чувствовал себя до крайности неуютно на открытых пространствах, где нельзя укрыться, невозможно спрятаться от неприятелей и разгневанных богов. Тем не менее Чет попытался понять чувства друга.
— Может, ты хочешь вернуться? — спросил он.
— Нет, — ответил Чавен. Руки его по-прежнему мелко дрожали, но во взгляде горела решимость. — Нет, я не могу оставить свой дом на разграбление приспешникам Толли и даже не узнать, что они с ним сделали. Ведь у меня там множество… ценных вещей и…