Кицунэ перевела взгляд на начальницу… и нервно сглотнула, одновременно побледнев…
- Дяденька! Дяденька!
Шрам обернулся и увидел, что ему отчаянно машет мальчишка лет десяти с взъерошенной шевелюрой. Подбежав, он отдышался и протянул Данковскому сложенный вдвое тетрадный лист.
- Это вам!
- От кого же? – поинтересовался Шрам.
- Тетя… красивая такая. Попросила отдать вам.
- Красивая говоришь? – в памяти Игната немедленно всплыл образ леди Адель. – Ну, ступай, пострел, ты отлично справился!
Когда мальчишка убежал, Шрам развернул листок. В нем была всего одна строчка, весьма многообещающего содержания:
«Жду тебя в комнате восемнадцать, после девяти вечера»
- Ничего так – глубокомысленно произнес лидер Неспящих.
- Дуры набитые! Драные кошки! Вы провалили операцию! – неслось из динамика. – Последняя из Рода досталась Ложе!
Эрис держала телефон в вытянутой руке, дабы не оглохнуть от воплей и потока брани. А начальство все не унималось:
- Мало того: вы вступили в сговор с нашими конкурентами! Предали идеалы организации, свою страну!
- У нас не было выбора – рискнула вставить слово Эрис.
- Выбор есть всегда! Вам нужно было захватить цель и уходить, пока все были заняты битвой! А вы этого не сделали!!
- Но…
- Хватит! Ты уволена! И твои подружки тоже! И благодарите, что я не отдал приказ на вашу ликвидацию! Но если только попробуете вернуться в страну, я так и сделаю!!!
Голос смолк. Эрис еще какое-то время стояла неподвижно, а затем так хватила телефоном об пол, что только детали брызнули во все стороны.
- Вот оно что! – прошипела она. – После всего, что мы сделали, нас вышвырнули на свалку как сломанные вещи?! Значит, так Орден благодарит за верность?! Ну что же… ты еще пожалеешь об этом, недоносок!!!
Она покинула ванную и вернулась в отведенную группе комнату. В Ложе им еще не слишком доверяли, поэтому поселили на виду и постоянно наблюдали, хотя никого и не было заметно.
Обращались с ними достаточно гуманно. В частности, когда бойцы Ложи покидали базу тамплиеров, Эрис и ее подругам даже разрешили вернуться на съемную квартиру и собрать вещи, хотя это и пришлось делать под наблюдением «валькирий». Помещение для обитания им тоже выделили вполне комфортное.
- Девчата, у меня паршивая новость: нас уволили! – произнесла Эрис, закрывая дверь.
- И что нам теперь делать? – поинтересовалась шатенка.
- Одеться понаряднее и идти устраиваться на работу! Глава Ложи показалась мне неглупой женщиной, так что, думаю, она не откажется от наших услуг.
Отправляясь на задание, которое могло растянуться на неопределенное время, Эрис с подругами захватили с собой одежду практически на любой случай, в том числе и на торжественный.
Когда приготовления были закончены, Эрис постучала в дверь комнаты.
- Скажите своей начальнице, что мы желаем с ней встретиться! – сказала она в ответ на вопрос часового.
Минут через сорок бывшие агенты Ордена покинули верхний этаж общежития и направились в сторону особняка. Дюжина «валькирий» окружила девушек плотным кольцом.
Таким образом их довели до особняка, а затем препроводили в кабинет. Три «валькирии» вошли внутрь вместе с группой, остальные остались в приемной.
Леди Адель уже ждала гостей.
- Зачем вы хотели со мной встретиться? – спросила она.
Эрис выступила вперед – как-никак она была старшей в группе.
- Ваше Высочество, мы желаем поступить к вам на службу – произнесла она, присев в реверансе.
- Неожиданно! – покачала головой леди Адель. – Но зачем вам это? Очередной этап задания?
- Нет. Нас выгнали из Ордена полчаса назад, так что это наша личная инициатива. Руководство отдало приказ ликвидировать нас, если мы вернемся.
- Кто может это подтвердить?
- Никто. Можно было бы воспроизвести запись с телефона,… но я разбила его в порыве злости. – Эрис только сейчас поняла, что поторопилась.
- Интересно – кронгерцогиня сделала знак одной из «валькирий». – Отправь кого-нибудь принести сим-карту, если она уцелела.
Через полчаса требуемое принесли. Леди Адель поставила карту в спутниковый телефон и протянула его Эрис.
- Позвоните своему начальству. И включите громкую связь. Учтите, любой фокус может дорого вам обойтись.
Та послушалась. Сначала слышались лишь гудки, но потом аппарат взорвался бранью: