— Я бы поступил именно так. Нужно сравнить записи. Возможно, найдем совпадения. И проверим всех в списках потенциальных подозреваемых.
— Обожаю искать совпадения, — с преувеличенным восторгом сказала Мартина и повернулась к стойке, откуда выкрикнули их номер заказа.
В участке уже ждал необходимый список. В Лас-Вегасе проживало удручающее количество людей с криминальным прошлым. Среди них были и те, кто совершал преступления из чувства справедливости или собственного превосходства, оправданно или нет. Отдельной записью шли все сотрудники полиции Лас-Вегаса, применившие силу при исполнении.
И поскольку фамилии перечислялись в алфавитном порядке, Леви оказался под первым номером.
«Абрамс Леви. Детектив убойного отдела. Выстрел с летальным исходом во время захвата заложников. Убийство признано оправданным. Обвинений не предъявлено».
Взгляд застыл на словах «убийство признано оправданным». Технически, любое уничтожение одного человека другим — убийство, не зависимо от контекста или обстоятельств. Не все убийства были умышленными.
Но Леви не отпускало слово «оправданное».
Дальше список был огромным. Джона Гиббс попадался не меньше четырех раз — и это только те случаи, о которых заявлено официально. Но ничего из совершенного Гиббсом не было столь же ужасным, как инцидент Кита Чапмана.
«Чапман Кит. Офицер полиции. Нападение и избиение подозреваемого во время ареста при отягчающих обстоятельствах. В процессе внутреннего расследования отделом безопасности и ожидании возможных уголовных обвинений».
Чапман задерживал педофила, который во время ареста начал над ним издеваться, в красках описывая свои действия, и, видимо, Кита просто... переклинило. Чапмана пришлось оттаскивать трем офицерам, но тот уже нанес обвиняемому такие увечья, что потребовалась лицевая операция, чтобы педофил мог нормально есть и говорить.
Леви не испытывал ни малейшей симпатии к тому мерзавцу, но полицейскому, который не в состоянии сдержать эмоции, не место в органах. Выдвинул или нет окружной прокурор обвинения — Чапману должность не сохранить после всех ужасных статей в СМИ, поливающих грязью департамент полиции Лас-Вегаса.
В отличие от Леви, который застрелил человека и вернулся к работе спустя пару дней.
— Может сама займешься этим, — резко выпалил Леви, подталкивая листки в сторону Мартины, которая уже занималась другими списками. — А я сравню записи в трех клиниках и проверю главаря банды, которую преследовал Доминик.
Она бросила на него проницательный взгляд, но поднимать тему не стала.
Они потратили несколько утомительных часов, безуспешно копаясь в расписаниях ветеринарных клиник. Ни одно имя не совпало, и не попался ни один из известных членов банды «Шершни». Те немногие ниточки, что были найдены среди пациентов всех трех клиник, вели в тупик: это были давние клиенты, хорошо знакомые каждому ветеринару. В итоге Мартина направила свои силы на составление списка ветеринаров, которые могли стать следующими целями грабителей.
Леви от скуки и досады беспорядочно листал записи. Каждый ветеринар использовал свой формат, но везде содержалась основная информация: фамилия владельца, телефон, кличка животного, его пол и возраст. Бездумно пробегаясь взглядом по страницам, детектив притормозил на середине и вернулся к одной строчке.
Тибетский мастиф, кобель, семь лет. Вроде он видел такое же описание в записях другой клиники? Тибетский мастиф — довольно редкая порода, особенно в таком жарком климате, как в Вегасе.
Леви отложил записи доктора Виллы и взял списки доктора Шеффилд. Нужная строка нашлась быстро. Другие имена у владельца и собаки, другой номер, но все остальные сведения совпадали. В бумагах третьей клиники все то же самое — та же порода и данные, но другие имена и телефон.
— Мы искали у трех ветеринаров одного человека, — нарушив получасовое молчание, сказал Леви. — А следовало искать одно животное.
Он показал выделенные строки в каждом списке.
— Я даже никогда не слышала о тибетском мастифе, — проговорила Мартина, изучая бумаги.
— Вот-вот. Даже более распространенная порода с одинаковыми данными вызвала бы подозрения, попадись она в записях на прием в трех клиниках за пару недель. Что уж говорить о редких? Это не может быть совпадением.
Мартина опередила Леви с предположением:
— Получается, если мы обзвоним всех подходящих нам ветеринаров и спросим о подобной записи, сможем определить, кто станет следующей жертвой.
Пока Мартина засела за телефон, Леви на всякий случай перепроверял все номера и фамилии подозреваемых. Как и следовало ожидать, все были фальшивыми.