— Возможно. — Оптимизма в голосе Леви не прибавилось. — Ждать ли еще от тебя подобных звонков?
Доминик посторонился, пропуская вперед женщину с коляской.
— Нет. С меня хватит. Признаю, временами могу быть безрассудным, и этот маньяк знает, как задеть за живое. Но я не дурак, чтобы и дальше испытывать судьбу. И вообще у меня сегодня смена в «Скате».
— Ты уже на работу вышел?
— Ага. Со мной все в порядке, правда. Голова слегка побаливает, и все.
— Окей. Тогда еще увидимся. Береги себя!
— И ты тоже. Пока. — Доминик сбросил вызов и пошел в сторону своего пикапа, чувствуя, как с каждым шагом отпускает напряжение. Несомненно, это дело продолжит его терзать, но брать на себя ответственность он больше не собирался.
Леви прав: он всего лишь гражданское лицо. И у этого гражданского лица есть работа.
***
Принимая во внимание навязчивую головную боль, Доминик поменялся с другим барменом и отправился работать на более спокойную открытую веранду клуба. Чаевых будет меньше, но здесь музыка играла тише и басы не долбили по ушам.
Да и все здесь располагало к спокойному общению. Доминик пользовался этим в полной мере, флиртуя с подходившими к барной стойке мужчинами. Спустя несколько часов на примете уже была парочка неплохих вариантов для завершения ночи.
Он отошел от холодильника с пивом, удерживая в одной руке две бутылки, и чуть не выронил их от неожиданности.
Леви Абрамс сидел за его барной стойкой.
Леви Абрамс. За его барной стойкой. В гей-клубе.
— Что... — это все, на что хватило Доминика, прежде чем он окончательно потерял дар речи.
Леви был в рубашке и брюках, но без пиджака и галстука. На лице темнела короткая щетина, которую прежде Доминик никогда у детектива не видел. И вообще он выглядел изможденным, что, впрочем, в сочетании с проницательными серыми глазами и острыми скулами делало его лишь привлекательнее. Половина клиентов у барной стойки это тоже заметила.
— Хочу напиться. — Леви смотрел Доминику прямо в глаза. — Поможешь?
Доминик наконец обратил внимание на парней, которые в нетерпении дожидались своего пива. Без лишних слов он отдал бутылки — у компании был открыт депозит — и вернулся к Леви.
— Если напьешься здесь, то станешь легкой добычей для всех этих стервятников. Ты за этим пришел?
— Нет, — ответил Леви. — Но сегодня я собираюсь надраться в сопли, и безопаснее это сделать в компании человека, который не позволит случиться плохому.
Доминик воззрился на него.
— Ты настолько мне доверяешь?
— Как твоя голова? — многозначительно поинтересовался Леви.
Еще неделю назад Доминик не мог представить себе, что Леви назовет его человеком, которому может довериться при любых обстоятельствах. То же чувство он испытал, когда кот его сестры Анджелы — надменный засранец с лезвиями вместо когтей — подошел за лаской именно к нему, царственно игнорируя всех остальных в комнате.
Хотя Руссо ни за что не стал бы проводить такие аналогии с Леви.
— Что будешь пить? — спросил Доминик.
— «Олд Фешен».
Доминик закусил щеку и принялся поправлять бутылки, чтобы не расхохотаться.
— Ну же, это не может быть так просто, — наконец проговорил он. — Так нечестно.
Леви закатил глаза, но улыбка тронула уголки его рта.
— Давай расширим горизонты. Я приготовлю то, чего ты никогда раньше не пробовал.
Леви посмотрел на него с подозрением.
— Например?
— Значит, жизнь свою мне доверяешь, а выбор напитка — нет?
Леви в знак капитуляции поднял руки и откинулся на спинку стула.
Доминик чуть сдвинулся, чтобы Леви не понял, что для него готовят. Он смешал бурбон, сладкий вермут и кампари со льдом, сцедил все в старомодный стакан и ловко отделил дольку апельсина от цедры, скрутил кожуру в завиток и бросил в напиток. Затем поставил стакан перед Леви.
Руссо готовился к очередным расспросам о содержимом напитка, но детектив просто взял и сделал маленький глоток. Доминик зачарованно следил, как Леви слизывает капельку напитка с нижней губы.
Абрамс задумался на мгновение, а потом медленно растянул губы в улыбке.
— Потрясающе, — произнес он и отпил второй раз, но уже больше. — Что это?
— «Бульвардье». Похож на «Негрони», но вместо джина бурбон.
Этот ароматный, горьковато-сладкий коктейль больше подходил для осени, чем для весны, но неизменно пользовался популярностью среди ценителей бурбона. Леви, похоже, понравилось, и впечатление человека, который притворяется, чтобы не ранить чужие чувства, он не производил.