Мартина ответила после короткой паузы:
— Приезжай.
— Я не хочу навязываться...
— Ш-ш. Приезжай и заходи в дом. Я только что забрала Макейлу с тренировки по софтболу, и сейчас мы едем за Симоной на теннис, а потом на обратной дороге заскочим в продуктовый магазин. Приедем минут через пятнадцать-двадцать после тебя.
— Хорошо. — Он уже чувствовал, как вернул себе немного самообладания. — Спасибо.
— Скоро увидимся.
Порывшись в бардачке Леви нашел стопку салфеток, оставшихся от давней поездки в фастфуд. Он высморкался, вытер лицо и, дождавшись, когда в голове прояснится, повернул ключ в зажигании. Двигатель с трудом завелся из-за слабого аккумулятора, а на панели яростно мигал индикатор низкого давления в шинах. Но машина все же поехала.
Мартина жила с мужем Антуаном и двумя дочками-подростками в северо-восточной части города в Санрайз-Манор. Двадцатиминутная поездка успокоила Леви, и острое желание разрыдаться пропало.
Леви не стал занимать подъездную дорожку к дому и припарковался на обочине. Так Мартина сможет спокойно заехать в гараж. Детектив открыл дверь запасным ключом и сразу же направился на кухню.
Внутри стены дома в юго-западном стиле были выкрашены в яркие, жизнерадостные цвета, мебель представляла собой эклектическую смесь разнородных предметов, которые каким-то образом прекрасно сочетались. В росписи кухонных полотенец и банок для печенья прослеживалась любовь Мартины к петухам.
Леви налил себе стакан лимонада из кувшина в холодильнике. Он не хотел сидеть в пустом доме, поэтому вышел на задний двор через раздвижную дверь. Это был небольшой, окруженный забором кусок земли с чахлой травой и игровым городком для девочек, которые из него уже выросли. Сейчас их больше интересовали биты, перчатки, футбольные мячи и прочая спортивная атрибутика, разбросанная по всему двору.
Леви опустился в шезлонг и, попивая лимонад, принялся изучать незначительные детали, которые создавали уютную атмосферу в этом доме. Девять лет назад Леви не столько стремился переехать в Лас-Вегас, сколько бежал из Нью-Джерси, больше не в состоянии жить среди свидетельств его слабости. Они с Мартиной стали детективами одновременно, хотя она была немного старше Леви. Мартина поступила на службу, когда ее младшая дочь пошла в школу. Они сразу же поладили, сойдясь на шутливом соперничестве между Нью-Джерси и Нью-Йорком и неприязни ко всякому дерьму. Леви был привязан к Мартине сильнее, чем к собственной сестре.
Как и предсказывала его напарница, они вернулись минут через двадцать. Детектив прошел в дом, чтобы поздороваться и помочь разобрать покупки.
— Здрасте, мистер Леви, — хором приветствовали Макейла и Симона. Он предлагал девочкам называть себя по имени, но Мартина настояла на вежливом обращении.
— Привет, девчонки. Как школа?
Реакцией на его вопрос стали стоны отвращения и гримаса вселенской муки на их личиках. Леви расплылся в улыбке.
Мартина пока не спрашивала о разрыве, а сам он добровольно рассказывать не собирался. Разложив все продукты по местам, Симона и Макейла стали упрашивать детектива показать «пару приемчиков» — они приставали к нему с этим каждую встречу. С детьми у Леви не особо ладилось, но, по крайней мере, его спасала крав-мага — многих она завораживала.
— Даже не знаю, вашей маме, наверное, нужна помощь с ужином, — произнес он, глядя на Мартину.
Та отмахнулась.
— Давай, забирай обеих на улицу. Неделя была по-настоящему сумасшедшей, поэтому я хочу закатить пир.
Леви отправился вслед за девочками на задний двор и показал им несколько действий против хватки за запястье или одежду — то, что, к сожалению, может пригодиться девочкам на улице. Он разделил приемы на два уровня интенсивности: один против не слишком опасных грубиянов, а другой — для более серьезных угроз.
— Куда будете бить в контратаке? — спросил он, когда Симона успешно вырвалась из его захвата.
— В глаза, горло и пах! — воскликнули хором девочки.
— Верно. Если на вас нападают, особенно кто-то более крупный и сильный, бейте так, чтобы нанести как можно больше урона. Не бойтесь драться против правил. Кусайтесь, царапайтесь... В конце концов, воткните противнику ключи в глаза. Заставьте его пожалеть, что посмел к вам прикоснуться.
Девочки были отличными ученицами и стремились к знаниям, веселились, но воспринимали наставления Леви всерьез. Он предлагал Мартине отвести дочерей на настоящие занятия, но учеба и спортивные тренировки отнимали слишком много времени, и это было просто нереально.
Уже стемнело, когда их позвал в дом вернувшийся с работы Антуан. Это был стройный мужчина немногим выше Леви, то есть по сравнению с женой он был просто каланчой. Антуан был не болтлив, но часто улыбался, и в уголках его добрых глаз всегда светились морщинки.