Абрамс не сдвинулся с места.
— Зачем?
— Я справки тут навел. Ты один из детективов, ведущих дело «Семерки пик». Вполне логично, что он хочет тебя убить, и если твоя смерть будет похожа на убийство Пати, полиция решит, что это его рук дело.
Леви чуть не рассмеялся от предположения, что Бартону удастся его зарезать. Но раз он хочет усадить жертву на стул, значит, планирует сначала связать, а потом уже браться за нож. Черта с два Леви позволит такое провернуть. Если он будет упрямо отказываться, Бартон может психануть и подойти ближе, чтобы применить силу.
— Не выйдет, — произнес детектив. — Я же говорил, что убийство Пати не похоже на преступления «Семерки пик», так что и мое не будет. Они поймут, что это ваших рук дело.
— Может, и так. Но разумные сомнения, по крайней мере, появятся. — Бартон судорожно сжал пистолет и продолжил с ненавистью: — В любом случае ты будешь мертв. И это меня устраивает. Садись на стул. Живо!
— Я попытаю счастья с пистолетом, — сказал Леви.
В номере погас свет.
Ни секунды не мешкая Леви сгруппировался, перекатился по диагонали и мягко вернулся в стойку. Прогремел выстрел — оглушительный в таком маленьком пространстве — Бартон дико палил в темноту.
Леви опрокинулся на спину, согнул правую ногу и ударил туда, где, по его предположению, находился Бартон. Стопа четко попала по колену Дрю. За болезненным вскриком последовал глухой стук — хотелось надеяться, что это Бартон рухнул на пол, но из-за отсутствия хоть какого-то света Леви сомневался.
Внезапно раздался громкий стук в дверь вместе с настойчивыми криками в коридоре. Леви не позволил себе на это отвлечься. Он поднялся на колени, нырнул вперед и пару секунд бестолково копошился в кромешной темноте, прежде чем удалось навалиться на спину Бартона.
Сейчас Дрю держал пистолет только в правой руке. Леви перехватил его запястье, несколько раз ударил об пол, пока противник не вскрикнул и не отпустил оружие. Абрамс потянулся к пистолету, но Бартон размахивал рукой так отчаянно, что отпихнул оружие вне пределов досягаемости.
Леви услышал металлический лязг сорванного замка, дверь в номер распахнулась, но тут же застряла, сдерживаемая цепочкой. Детектив лишь на мгновение отвлекся, но этого хватило Бартону, чтобы заехать локтем по его ребрам.
Абрамс с хрипом откатился и вскочил на ноги. Он не был сильным бойцом в партере5 — все тренировки были направлены на то, чтобы никогда не оставаться на земле и использовать любой шанс подняться. Проблема в том, что где-то в полной темноте находились Бартон и пистолет. Все источники света в номере и коридоре были отключены, а тяжелые шторы не пропускали даже яркие огни шумного Лас-Вегаса.
Что-то тяжелое врезалось в дверь с шокирующим грохотом. Затем еще раз. И еще.
Из-за шума и кромешной тьмы Леви не мог определить местонахождение Бартона. Детектив отступил к стене и начал пробираться вдоль нее к прикроватной тумбочке, где прошлой ночью оставил пульт дистанционного управления.
Мгновение напряженной концентрации, и Леви услышал отчаянное копошение под дребезжащей дверью. Он схватил пуль и рубанул им изо всех сил, вызвав испуганный вопль.
Леви напрягся, готовясь к атаке. Затем одновременно произошли две вещи: снова вспыхнул свет, и распахнулась дверь — цепочка просто оторвалась под безжалостным натиском.
Детектив, ошарашенный и не верящий собственным глазам, наблюдал, как Доминик, словно многотонная фура, влетел в номер. Руссо бросился на Бартона, которому удалось снова завладеть пистолетом. Дрю мгновенно потерял оружие, рухнув на пол.
Рванув вперед, Леви подхватил ствол. Через мгновение Доминик поднялся на колени, потянув за собой Бартона и пережав ему горло в таком яростном удушающем захвате, что Леви поморщился. Правым локтем Руссо прижимал челюсть мужчины, огромным бицепсом и предплечьем сдавливая шею с обеих сторон. Хуже для Бартона было то, что сзади на его шею давила левая рука Доминика, и гигант крепко удерживал шею Дрю в капкане.
Даже у Леви было бы мало шансов увернуться из такого положения. Естественно, для начала он никогда бы не позволил применить к себе такой прием.
Бартон безумно заметался по полу, царапая предплечье Доминика. Лицо Дрю сначала покраснело, а потом побагровело. В коридоре администратор гостиницы истерично общалась по телефону с полицией.
— Тебе нужно расслабиться, — спокойно произнес Доминик. — Я не хочу причинять боль, но случайная смерть от удушающего захвата — не редкость. И я прилагаю силу только на семьдесят пять процентов.