Леви запрокинул голову.
— Ох, боже, это... А-ах!
Его бедра горели от укусов и уколов щетины, когда Доминик добрался ртом до изнывавшего ствола. Сначала Руссо взял половину длины, затем стал медленно опускаться, и в какой-то момент руки Леви ослабли. Он рухнул на спину, устремив мутный взгляд в потолок.
Доминик закинул его ноги на свои плечи и глубоко, до самого горла, словно изголодался, заглотил член Леви. Тому оставалось лишь держаться. Запустив пальцы в волосы Руссо и не услышав возражений, он беспорядочно ласкал голову любовника, подкидывал бедра и вскрикивал от удовольствия.
Мозг отказывался функционировать, и предупредить о том, что вот-вот кончит, Леви не мог, но Доминик вовремя отстранился, не позволяя пересечь черту. Он поднял ноги Абрамса и придавил к груди. Леви обхватил колени и притянул максимально близко к плечам, затаив дыхание в предвкушении.
Доминик спустился поцелуями по промежности, раздвинул ягодицы и небрежно впился губами в анус, издавая стоны, которые вибрацией прокатывались по телу Леви. Язык игриво покружил вокруг входа, постукивая, отчего Леви чуть ли не скулил, а потом юркнул внутрь.
Абрамс извивался, его голова металась по смятой простыни, а пальцы на ногах поджимались от удовольствия. Дыхание вырывалось рваными, неглубокими стонами. В местах, где он стискивал свои бедра, непременно останутся синяки.
В какой-то момент Леви показалось, что Доминик о чем-то спрашивает, но возбуждение настолько застило разум, что сосредоточиться не получалось.
— Что? — язык еле ворочался во рту.
— Нам нужна смазка. — Большой палец Доминика кружил у входа, лишь намекая и не проникая внутрь.
— О. Э-э... Где-то у меня в сумке.
Доминик обошел кровать и поднял сумку. Леви осторожно привстал, стараясь взять себя в руки. Руссо вернулся и бросил сумку рядом. С покрасневшим и припухшим ртом, стоя на коленях, он ставил под угрозу все попытки Леви сконцентрироваться.
Так что Абрамс решил сосредоточиться на конкретной задаче: порылся в сумке в поисках косметички и достал из нее небольшой пузырек смазки. Спихнув сумку на пол, Леви отполз к изголовью и удобнее устроился на подушках.
Доминик снял обувь вместе с носками и забрался на кровать, расстегивая на ходу ширинку и доставая эрегированный член.
— Матерь божья, — выпучив глаза, выпалил Леви.
Член Доминика был пропорционален телу — крупный и интригующе толстый. Самый большой из тех, что видел Абрамс.
— Мы не обязаны это делать, — Доминик, видимо, принял его реакцию за ужас. — Можем просто отсосать друг другу, или ты трахнешь меня.
У Леви не было ни малейшего интереса быть сверху, но это можно обсудить и позже.
— Нет, — он словно загипнотизированный протянул руку к Доминику. — Я... Я хочу...
Он замолк, очарованный тем, как тяжело лег член в его ладонь, каким он был горячим. Из груди Леви вырывалось частое поверхностное дыхание.
В изумлении Руссо тихо усмехнулся.
— О-о. Никогда бы не подумал, что ты любитель больших размеров.
— Потому что это не так, — Леви метнул на Доминика гневный взгляд, но было так сложно возмущаться, когда тело буквально трясло от одной лишь мысли, что все это богатство окажется внутри него. — По крайней мере, раньше точно не был, — пробормотал он. — Просто все в тебе такое... ошеломляющее.
— Это хорошо или не очень?
— Замечательно. А сейчас, ради бога, разденься уже до конца.
Доминик улыбнулся.
— Как прикажете, детектив.
Он избавился от штанов и боксеров и во всей своей восхитительной наготе улегся на бок рядом с Леви. Тот вручил ему смазку и подтянул колени к груди. Как ни старался, Абрамс не мог перестать пялиться, и очень надеялся, что этим никак не обидит Доминика.
Тот скользнул одним влажным пальцем внутрь, и все переживания Леви улетучились. Он обхватил ладонью огромный член и начал медленно надрачивать, не мешая Доминику растягивать его пальцами. Хотя, если признаться, получалось не очень хорошо — он постоянно отвлекался.
Больное плечо сковывало движения, но Руссо умело раскрывал тело своего любовника, отыскивая все точки, которые заставляли его стонать и метаться по постели. Когда он, провел пальцем по простате, Леви заскулил и дернулся, выгибаясь.
— Не надо, я кончу, если ты продолжишь. Я уже на грани.
— Хм-м. Я бы с удовольствием посмотрел... как ты кончаешь от моих пальцев.
— Только не сегодня, — Леви чувствовал, что свихнется, если его немедленно не отымеют.
Доминик замер, и до Абрамса дошло, что прямо сейчас намекнул на следующий раз. Он уже приготовился к тому, что все испортил, но Доминик чмокнул его в плечо и вошел сразу тремя пальцами, стараясь не касаться простаты.