Они сели в пикап, и Леви позвонил Мартине. Та подтвердила, что Мишель только что звонила на телефон, который они изъяли из гостиничного номера Чапмана.
— Мишель наверняка переживает, почему Кит не отвечает, — произнес Леви, сбросив вызов. — Следующий, кому она позвонит, и станет зацепкой в дальнейших поисках. Если бы мы только могли узнать...
— А почему нет?
— Нельзя получить доступ к распечаткам телефонных звонков по щелчку пальцев. Нужен ордер на обыск, а для него — веские основания.
— Знаешь, что нужно мне? — Доминик внимательно посмотрел ему в глаза. — Кофе. Думаю, сейчас самое время глотнуть кофеина. Сходишь? А я в машине подожду.
На лице Леви отразились сомнения, и Доминик посочувствовал детективу. Абрамс поклялся блюсти закон, и перспектива добывать информацию незаконными методами была неприятна. Но с другой стороны, именно для этого Леви и обратился к Доминику — даже если вслух этого не произносил.
Они доехали до ближайшей кофейни, Леви припарковался у тротуара и вышел из машины. Руссо сунул руку в карман куртки и достал приемник от жучка, который установил в доме Мишель в неприметной розетке, когда женщина отвлеклась. Устройство было дорогим, и Доминик надеялся, что ему повезет его вернуть.
Сейчас в доме было тихо, но жучок записывал все звуки на диктофон. Руссо перемотал собранную информацию до момента, когда их с Леви выставили за дверь. И первое, что Доминик услышал, — взволнованный голос женщины, звонившей брату.
— Черт побери, ты где? — спросила она. — Что ты еще натворил? Тебя, придурка, уже полиция ищет. Перезвони мне немедленно!
Ну, по крайней мере, теперь у них есть подтверждение, что сестра не знает, где Чапман.
Меньше чем через полминуты она снова кому-то позвонила.
— Марти? Привет, это Мишель Чапман. Ты слышал, что-нибудь от Кита? — Она замолчала. — В этот раз он реально слетел с катушек. Кажется, он натворил глупостей, но что именно — не знаю. Перезвони, если он с тобой свяжется, ладно?
Далее у нее состоялся похожий разговор с парнем по имени Джим. А потом, судя по топоту, она покинула комнату, где установлен жучок, и запись оборвалась.
Доминик снова спрятал приемник в карман и вновь достал альбом и мобильный телефон. Оба имени казались знакомыми...
Леви вернулся с двумя стаканами кофе и вручил один Доминику — пенистую смесь со взбитыми сливками.
— Фундук, — с удивлением произнес Руссо, сделав глоток. Сладкий кофе, много молока — все, как он любит. — Спасибо.
— Не понимаю, как ты можешь пить эту гадость, — Леви передернуло. — Что-нибудь полезное выяснил?
— Ага. Мишель не удалось дозвониться до Чапмана, и она набрала двух парней — Марти и Джима. Я практически уверен, что это Мартин Тейт и Джеймс Боуман. — Он показал детективу в альбоме их снимки и страницу, где оба оставили напутствия Киту. — Это два лучших школьных друга Чапмана, и все состояли в одной бейсбольной команде.
— Думаешь, Кит подался к одному из них?
— Нет. — Доминик постучал по телефону. — Тейт сейчас живет в Мичигане, а Боуман — в Техасе. У обоих в переписках, а также в памятных заметках в выпускном альбоме, всплывает одно и то же слово — «Уэйлен» — место, где они часто зависали. «Не забывай крутые деньки в Уэйлене», «пьянки под трибуанми Уэйлена» и все в таком духе. Я загуглил. Оказалось, это бейсбольное поле в Боулдер-Сити.
— Бейсбольное поле? — с сомнением переспросил Леви и завел двигатель.
— Если Киту известно, что его ищет полиция, или, допустим, он действительно не в себе, то он мог вернуться туда, где ему было хорошо и безопасно. Думаю, начнем поиски оттуда, расспросим местных, может, кто-то его видел. Я встречал людей, у которых и такого угла не нашлось бы.
— Верю тебе, — сказал Леви. — Значит, едем в Боулдер-Сити.
***
Воскресным апрельским днем бейсбольное поле в Уэйлене предсказуемо было многолюдным. Шел четвертый иннинг школьной игры по софтболу, и трибуны были переполнены. Зрители наслаждались весенним солнцем. Крики и свист сотрясали воздух, вокруг с шумом носились дети, внося лепту во всеобщий хаос. В воздухе витал запах свежего попкорна.
Леви и Доминик разделились, чтобы обойти большую территорию. Доминик направился к киоску и купил три хот-дога, чтобы особо не выделяться, а заодно и перекусить. И только когда протягивал деньги, додумался спросить:
— Вы не знаете, сосиски из говядины или свинины? — Он знал, что Леви не слишком религиозный, потому что работал по субботам, в отличие от праведных иудеев. Но возможно, к еде он относился с большим пристрастием.