Леви не знал, что сказать. Он совсем не умел утешать, даже если сильно хотел, просто не мог подобрать нужные слова.
Наташа провела ладонью по длинным каштановым волосам.
— Я неоднократно предупреждала доктора Трен, что Кит плохо реагировал на назначенные препараты, — горько сказала она. — Но та просто отмахивалась от моих опасений. Я не врач, и ни черта же не знаю, так?
— Это была не просто неадекватная реакция. Перед тем как умереть, Кит наглотался препаратов, назначенных и раздобытых незаконным путем.
Наташа удивленной не выглядела.
— Наверное, пытался заглушить боль. Или сбежать от реальности, не понимая, что с ним творится.
— Не думаю, что Кит был «Семеркой пик», — выпалил Леви, хотя пять минут назад решил быть осторожнее. Но он не мог смотреть на самоистязания Наташи. Кроме того, если она еще не в курсе его позиции, то очень скоро молва донесет до нее все сплетни. Вчерашние протесты Абрамса против закрытия дела не были ни тихими, ни тактичными.
— Ты... — Наташа вытерла слезы и с надеждой на него посмотрела. — Правда? Почему?
— Только я общался и с «Семеркой пик», и с Китом лично. Это два разных человека. Подумай: «Семерка» проявил себя как методичный, внимательный к деталям и очень терпеливый убийца. Это хоть как-то описывает Кита, даже до его отстранения?
Она закусила губу.
— Честно говоря, нет.
— Я пока не могу это доказать. Но уверен, что Кита подставили.
Наташа на мгновение ушла в свои мысли. А потом сказала:
— Боже, как бы эгоистично это ни звучало, но я надеюсь, что ты прав. И это значит, что по улицам все еще разгуливает маньяк, но... Но я скорее поверю в это, чем в то, что Чапман — убийца, а я это проглядела. — Она откинулась на спинку дивана и потерла переносицу. — Ужасно.
— Нет. — Леви подался вперед и накрыл ее руку своей. — Я разберусь в этом деле. Обещаю.
Наташа сжала его руку, наконец искренне улыбнувшись, и выпрямилась.
— Я так понимаю, ты пришел договориться о следующей консультации?
— Да, но не обязательно...
— Обязательно. — Собравшись, Наташа поднялась и вернулась к планеру на рабочем столе. — Сегодня я, очевидно, не в состоянии провести нормальную беседу, как насчет среды в два?
— Договорились, — сказал Леви.
***
Пару минут спустя он вернулся в общий зал, чтобы забрать свои вещи и попрощаться с Мартиной. Машина, конечно же, сама не отремонтировалась, и ничего более гнетущего, чем ехать на такси в отель, Леви представить не мог. Может, остаток дня потратить на поиски квартиры?
По пути к своему столу Абрамс отвлекся на Фримана из отдела внутренних расследований, который вел Келли Марин, крепко сжимая ее локоть. Женщина была белее мела и плотно сжимала губы. Все в общем зале их провожали взгляды и перешептывания.
— Что происходит? — спросил Леви, преграждая им дорогу.
Фриман мотнул головой в сторону Келли.
— По вине офицера Марин в прессу произошла утечка информации из дела «Семерки пик».
Леви выпучил глаза. Он перевел на нее взгляд в поисках подтверждения, и Келли, несмотря на очевидную тревогу, смело посмотрела ему в глаза.
— Зачем? — спросил он.
— «Семерка пик» пообещал никого не убивать в течение пяти дней. Для всех это было несущественно. — Келли вскинула голову. — А для меня — да. И люди тоже имеют право знать правду. В этом меня не переубедить.
Фриман с отвращением фыркнул и потянул ее за локоть.
— С дороги, Абрамс.
Леви, испытывая легкое головокружение, отступил в сторону. Келли была хорошей девушкой и одной из лучших в последнем наборе новичков. Абрамс ожидал, что она многого добьется. Но новость о ее предательстве...
Разговоры в общем зале вернулись к привычной громкости. Детектив подошел к своему столу и встретился с сочувственным взглядом Мартины.
— С ней все будет хорошо. Помурыжат на каких-нибудь дерьмовых делах, и потом она вернется на прежнее место. Это не конец карьеры.
— Да, наверное. — Он выключил компьютер и снял с зарядки телефон. — Вен велел ехать домой.
— Хорошая идея. Я тоже кое-что доделаю, а потом удивлю своих девочек во время ланча.
Она не сводила взгляда с монитора компьютера, даже ни разу не взглянув на Леви, и говорила чересчур оптимистично.
— Ты тоже мне не веришь. — он почувствовал себя преданным. Леви старался сопротивляться этим мыслям, ведь это нечестно по отношению к Мартине. Но у него ничего не получалось.