Он даже не допускал, что в квартире дежурит полиция, но для страховки открывал окно и забирался в комнату крайне осторожно. У наружных дверей наверняка торчал фараон, но несмотря на это Паркер в квартиру пробрался.
Спальня с неубранной залитой кровью постелью казалась странной; сабля на стене отсутствовала, труп увезли и автоматы из шкафа тоже. В остальном здесь ничего не изменилось.
Паркер обшарил квартиру быстро, но основательно. Он искал имена знакомых Элли — мужчин или женщин. Ему требовалось выяснить, какую жизнь вела мисс Кеннеди. Только кто–то из знакомых мог убить ее и прихватить — чисто случайно — деньги.
На обложке телефонного справочника Паркер обнаружил несколько номеров без имен и комментариев. Паркер переписал их, не очень–то на это надеясь.
В разных бумагах, обнаруженных им в квартире, он отыскал четыре имени, уже известных детективу Догерти, но ни одного нового, а женщины там вообще не упоминались.
Конечно, заниматься бессмысленной болтовней никогда не стоит, но если бы он в последнюю неделю хоть немного беседовал с Эллен, то теперь, может быть, знал кое–что полезное. Однако Паркер не выносил пустой трепотни. О погоде, например, он говорил только в связи с предстоящей операцией.
Итак, квартира ему ничего не дала. Но не обыскать ее он не мог, прежде чем вернуться к Дану.
Уходил он тем же путем. А когда поднялся по пожарной лестнице на половину этажа, сверху прогремел выстрел и пуля, просвистев где–то рядом, со звоном ударилась о железную ступеньку.
Паркер выпрямился и, прижимаясь к стене, выхватил из кармана пальто револьвер. В это время сверху снова выстрелили. Пуля с воем пролетела мимо.
Паркер поднял револьвер и наугад, не прицеливаясь, нажал на курок. В его ушах еще звучал отголосок выстрела, а он уже торопливо, изменив направление, спускался вниз. Внезапно из разбитого окна квартиры Элли до него донеслись быстрые шаги. Значит, дежуривший снаружи полицейский, услышав пальбу, решил выяснить, в чем дело..
Паркер почувствовал, как им овладевает холодный гнев. Проклятый ублюдок торчал здесь на крыше! Вероятно, он постоянно околачивался поблизости. Своей идиотской стрельбой он обнаружил себя. И теперь всем понятно, что он сидит наверху этого проклятого богом дома! Но вместо того, чтобы забраться туда и разорвать его на куски, Паркеру пришлось удирать как кролику. Правда, из–за полицейских, ибо этот слабоумный наверняка привлечет к дому кучу фараонов.
Итак, обосновался он на крыше. Паркер по праву мог пристрелить его, но вынужден был ретироваться. Более того, Паркеру совсем не улыбалось, чтобы парня сейчас сцапали, и он сделал отвлекающий маневр, прикрывая безмозглого идиота.
Паркер пытался дать мерзавцу возможность смыться. Переполненный яростью, ругаясь на чем свет стоит, он наконец достиг земли и пальнул два раза в воздух, чтобы отвлечь внимание копов от крыши. Маячивший возле разбитого окна полицейский заметил его и закричал, приказывая остановиться.
К дому прилегала квадратная зацементированная площадка с ящиками для мусора. Черная железная дверь сбоку вела в подвал. Паркер скользнул туда и ощупью, бранясь не переставая, пробрался через сырой и темный лабиринт к лестнице. Поднявшись по ней, он попал на первый этаж.
Возле парадной двери дома он перевел дух, убрал оружие в карман, застегнул пальто, постоял сосредотачиваясь и спокойно вышел на улицу. Там он зашагал направо и у ближайшего перекрестка услышал сирену полицейской машины, двигавшейся ему навстречу. Но теперь он находился в безопасности. Да и враг его тоже. Проклятый подонок наверняка улизнул.
И вскоре мог объявиться снова.
10
Одетая Дженни вызывала разочарование: ее лицо поражало своей глупостью, хотя в целом девушка выглядела молодо и привлекательно. На ней красовались розовый пуловер, плотно обтягивающий грудь, и зеленая юбка, скрывавшая круглую задницу. Ни чулок, ни носков на ней не было — одни стоптанные домашние туфли на голых ногах.
Она открыла дверь на стук Паркера и, взглянув на него, сказала:
— Ах, это вы! Проходите. У нас настоящий прием. Паркер услышал из кухни голоса и направился туда.
За кухонным столом сидели Негли, Руди и Шелли, они пили пиво и играли в покер. При его появлении собравшиеся оторвались от своего занятия и Негли изрек:
— Ну наконец–то. Я просто уверен, что деньги у тебя, ведь ты так долго отсутствовал. Надеюсь, их не украли опять, Паркер?
— Слушай, Негли, если ты будешь продолжать в том же духе, — процедил Паркер, — я подотрусь тобой, как туалетной бумагой.
— Как дела, Паркер? — заторопился Шелли.
— Ничья, ноль–ноль.
— Где же ты пропадал столько времени? — не отставал Негли.
— От тебя прятался, — буркнул Паркер и обратился к Шелли и Руди: — Мне надо поговорить с Даном.
Негли хотел еще что–то сказать, но Паркер не стал его слушать.
Кифка, все еще мужественно боровшийся с вирусами, сидел в постели. Его плечи и верхнюю часть туловища прикрывали два мохнатых банных полотенца. Клингер согнулся в кресле, точно обанкротившийся владелец прачечной в приемной своего адвоката. Феккио стоял у окна. Увидев Паркера, Кифка воскликнул:
— Где ты был?
— Я начал действовать.
Клингер немного выпрямился и заметил:
— Не ожидал от тебя, Паркер, не ожидал.
Это прозвучало так, словно Паркер был виновником всех его невзгод. Но, по существу, Клингер был прав.
— Если пожелаете, я все сделаю сам, а поможете — еще лучше, — произнес Паркер.
— Паркер не лишен логики, — сказал Феккио, отходя от окна. — Такое могло случиться с любым из нас. Массу вещей нельзя предусмотреть заранее, нельзя запланировать.
Разозленный Паркер заметался по комнате, размахивая руками и сжимая кулаки.
— Этот стервец может меня найти, — говорил он. — Конечно, у него нет разума, нет трезвого плана, стреляет он как идиот, но найти меня может запросто. А я совершенно бессилен!
— Дан уже рассказывал, — заявил Феккио. — Вчера вечером он тебя подстерег.
— И не только вчера! — воскликнул Паркер. — Сегодня тоже.
— Коли ты и впредь будешь так поступать, Паркер, из тебя получится отличный персонаж для комиксов, — хмыкнул из дверей Негли.
Паркер многозначительно посмотрел на Феккио.
— Лучше останови своего любимчика.
У Феккио потемнело лицо.
— При чем здесь я? Отвяжись, Паркер!
— А что, собственно, тебя беспокоит, Негли? — спросил Кифка.