— Вранье. Ты просто подцепила Торсби на крючок. Он всегда питал слабость к женщинам. Из его досье ясно, что если с ним и случались провалы, то только из–за баб. А болван и с возрастом остается болваном. Возможно, этого ты не знала, зато видела, что он клюнул на тебя.
Бриджит покраснела и испуганно посмотрела на него.
— Ты решила избавиться от него прежде, чем придет судно Джакоби. Каким образом?
— Я… Я слышала, что он покинул Штаты из–за мошенничества за карточным столом. Подробностей мне не сообщили. Но я рассудила так: если он заметит слежку, то посчитает, что его ловят за старое, испугается и скроется. Я не думала…
— Ты заявила ему, что за ним следят, — продолжал Спейд. — У Мильса, конечно, было маловато мозгов, но не настолько, чтобы раскрыться в первый же вечер.
— Да, правильно. Когда мы вечером вышли на прогулку, я притворилась, будто заметила мистера Арчера, и показала его Флойду. — Девушка заплакала. — Поверь» Сзм, я бы так не поступила, если бы знала, что Флойд убьет его. Я надеялась, что он испугается и уедет из города, а не станет стрелять.
Спейд усмехнулся жестокой усмешкой.
— Если ты не думала, что Торсби убьет его, то была права, ангел.
Лицо девушки выразило удивление.
— Торсби не стрелял в Мильса, — сказал Спейд.
Удивление на ее лице сменилось растерянностью.
— Мильс не отличался умом, но, видит бог, для того он и работал столько лет детективом, чтобы не попадаться на глаза тому, за кем следит. Почему его пистолет лежал в боковом кармане, а пальто было застегнуто на все пуговицы? Как это могло случиться? Он не мог похвалиться мозгами, но не был идиотом. К тому же ты говорила, что Торсби был плохим актером. Он бы не сумел заманить Мильса в тот переулок. Торсби не убивал его. Мильс был не настолько глуп, чтобы подставить себя под пулю.
Спейд провел языком за нижней губой и улыбнулся девушке.
— Просто тогда Мильс не сомневался в своей безопасности. Да и кого ему бояться? Ты была его клиенткой, и он не имел оснований прятаться от тебя. Ты позвала, он пришел — нахальный, поедающий тебя глазами, покусывающий губы, — и ты просверлила в нем дырку из пистолета, который вечером взяла у Торсби.
Бриджит отшатнулась от Спейда.
— Прекрати, Сэм! — в ужасе закричала она. — Перестань! Ты же знаешь, что я этого не делала!
— Стоп! — Он посмотрел на часы. — Полиция явится с минуты на минуту, мы сидим на пороховой бочке. Говори!
— Как ты можешь обвинять меня в таком ужасном…
— Довольно ломать комедию! — раздраженно бросил Спейд. — Сейчас не время для шуток. Послушай меня. Нам обоим грозит виселица. — Он сжал ей руки. — Говори!
— Я… я… Откуда тебе известно, что он… что он кусал губы?
Спейд хрипло рассмеялся.
— Я достаточно хорошо изучил Мильса. Но дело прошлое. Почему ты его застрелила?
Она вырвала руки и, обняв Спейда за шею, начала целовать, прижимаясь к нему всем телом. Он тоже ее обнял.
— Сперва я не хотела, — наконец прошептала она. — Я не собиралась убивать его, но когда увидела, что Флойд не испугался…
Спейд шлепнул ее по плечу.
— Опять вранье! Ты просила меня или Мильса заняться твоим делом. Тебе нужно было знать в лицо человека, который начнет следить за Торсби. Ты взяла у Торсби пистолет. И в «Короне» ты поселилась заблаговременно, хотя меня уверяла, что живешь в отеле «Сент—Марк».
— Да, я солгала, — хрипло проговорила Бриджит. — Я хотела, чтобы Флойд… Я не могу смотреть тебе в глаза, Сэм. — Она пригнула ему голову и прошептала на ухо: — Я думала, что если Флойд узнает о слежке… О, Сэм… — Она зарыдала.
— Ты думала, что Флойд прикончит Мильса, ты выдашь Флойда и его заберут. Если же Флойд погибнет сам, то тебе и это на руку. Так?
— Ну… примерно.
— А когда ты увидела, что Торсби не собирается ни убегать, ни стрелять, прикончила Мильеа сама. Точно?
— Да, но не совсем.
— А по–моему, достаточно. Ты все давным–давно рассчитала, в том числе и то, что Флойда Торсби арестуют за убийство.
— Я… я думала, что его посадят до прибытия капитана Джакоби с соколом, а…
— А тогда ты еще не знала, что Гутман уже охотится за тобой, иначе не старалась бы избавиться от своего бандита. Но когда убили Торсби, ты поняла, что Гутман здесь, что тебе необходим еще один защитник, и явилась ко мне. Так?
— Да, но, милый, я бы пришла к тебе в любом случае, ведь с той минуты, как мы встретились…
— Ты просто ангел! — нежно сказал Спейд. — Если лет через двадцать ты выйдешь из Сан—Квентина, то с такими чувствами можешь вернуться ко мне.
Девушка откинула назад голову и посмотрела на Спейда непонимающим взглядом. Хотя и побледнев, он продолжал тем же тоном:
— Я надеюсь, что тебя не повесят за вот эту прелестную шейку. — Он погладил ей шею и неожиданно стиснул на ней пальцы.
Бриджит отскочила, держась руками за горло и с ужасом глядя на Спейда.
— Ты не… — прохрипела она.
Лицо Спейда стало изжелта–белым. Он улыбался, и голос его звучал очень мягко:
— Я выдам тебя. Возможно, тебе сохранят жизнь. Значит, освободишься через двадцать лет. Ты ангел. Я буду ждать тебя. Если же тебя повесят, ты навсегда останешься в моей памяти.
Она уронила руки и выпрямилась. Лицо ее прояснилось, только в глазах поблескивали тревожные искорки.
— Нет, Сэм, не говори так даже в шутку. — Она улыбнулась. — Ты меня напугал! Я действительно подумала… Знаешь, у тебя был такой дикий вид… — Бриджит осеклась и всмотрелась в его глаза. Потом побледнела, рот ее приоткрылся. Страх снова охватил девушку. — Ты что? Сэм! — Она опять схватилась за горло и съежилась.
Спейд засмеялся, но его бледное желтое лицо поблескивало от пота.
— Не дури. После того, как твои сотоварищи расколятся, полицейские заберут тебя. Меня бы повесили обязательно. Ты, возможно, отделаешься легче.
— Но… но, Сэм, ты не должен! После того, что у нас было, ты не можешь…
— Могу.
Она глубоко вздохнула.
— Так ты играл со мной, да? Делал вид, а сам устроил мне ловушку? Ты вообще не думал обо мне? Ты… не… ты не любишь меня?
— Наверное, люблю. Ну и что? — Спейд улыбнулся. — Я не Торсби и не Джакоби. Я не собираюсь погибать из–за тебя.
— Это несправедливо! — закричала она. — Нечестно! Подло! Так нельзя!..
— А почему, собственно? — возразил Спейд. — Ты легла со мной в постель, чтобы я перестал задавать тебе вопросы. Вчера ты вынудила меня ехать черт знает куда из–за твоего липового звонка. Прошлой ночью поджидала меня со своими товарищами на улице. Ты находилась в моих объятьях, когда ловушка захлопнулась, и я бы не смог даже вытащить пистолет, если бы таковой у меня имелся. Они знали, что я не причиню тебе вреда, и с твоей помощью просто меня ловили.