— Он там?
— Я не позволю его будить.
Девушка пыталась говорить как медсестра. Возможно это имело бы успех, не будь она в столь необычной одежде.
— Я спешу, — предупредил он и вынул из кармана револьвер, ибо подозревал Кифку.
При виде оружия глаза ее расширились.
— Что вы собираетесь сделать с Даном?
— Ничего. Где он?
— Пожалуйста, мистер…
Паркер покачал головой.
— Я не причиню ему зла.
Он запер квартиру, подошел к ближайшей двери и открыл ее. Там оказалась спальня.
Кифка лежал поперек кровати, раскинув все свои конечности, как мертвая лошадь. Он был рослым блондином с фигурой заправского борца. Видимо, спал он голый, смятая простыня прикрывала его только наполовину. Судя по состоянию постели и положению тела, сон у него был беспокойным. Если эта блондинка разделяла с ним ложе, значит, она действительно любила его.
Кровать представляла собой старомодное двухспальное сооружение с бронзовыми полосами в изголовье и ногах. Паркер приблизился к ней. Предметы одежды валялись кругом, точно сброшенная змеиная кожа. Паркер постучал дулом револьвера по бронзовой решетке. Она загремела на удивление сильно.
Кифка всхрапнул и перевернулся, но не пробудился. Тогда девица в дверях закричала:
— Дан, осторожно, он вооружен!
Кифка одним прыжком соскочил с кровати и вцепился в одежду на стуле.
— Прекрати, Дан! — остановил его Паркер.
Кифка понял, что угодил в ловушку. Он упал на бок, перевернулся и встал на ноги — совершенно голый, лицо красное, заспанное и удивленное.
— Что случилось?! — воскликнул он. — Что, черт возьми, здесь происходит?
Судя по голосу, голова его была битком набита вирусами.
— Это ты, Паркер? — Кифка нахмурился и почесал нос. — Никак не могу избавиться от проклятого гриппа.
— Ну–ка, ложись обратно, — молвила девица, — а то тебе станет еще хуже.
— Да, ты права.
Паркер подождал, пока Кифка улегся в постель и накрылся простыней, потом обратился к блондинке:
— Зачем же вы выпускали его на улицу сегодня вечером, если он так болен?
Девица возмутилась.
— Выпускала? Никуда он не выходил!
Кифка подсунул под спину подушки и принял сидячее положение. Услышав вопрос гостя, он поинтересовался:
— Что такое, Паркер? Я уже три дня не встаю с постели.
Паркер поверил ему. Кифка не притворялся больным, девица сказала правду.
— Что, если твоя подруга приготовит нам кофе? — предложил он.
— Чай, — поправил Кифка. — Она меня чаем поит. Составишь компанию?
Паркер пожал плечами, ему было все равно, что пить, главное — выпроводить блондинку из комнаты,
— Будь добра, Дженни, угости нас чаем.
Она топталась в дверях все в той же майке. Казалось, теперь она совсем проснулась, но пребывала в замешательстве.
— Он явился с оружием, — пробурчала она, — и до сих пор держит его в руке.
— Хорошо, милая, хорошо. Паркер мой друг.
Паркер сунул револьвер в карман и продемонстрировал девушке пустую ладонь.
— Вы хотите с сахаром или с лимоном? — спросила она.
Он понятия не имел, как пьют чай, и ответил:
— Мне все равно.
Девица кивнула, повернулась и удалилась. Она так сильно оттягивала подол майки впереди, что сзади та поднялась и полностью открыла взорам очень гладкую попу.
Кифка засмеялся, закашлялся и снова засмеялся.
— Ну, разве не очаровательная задница? — заметил он. — Когда я впервые увидел ее в эластичных брюках, сразу решил, что она будет моей. А как поживает пчелка, с которой ты заперся?
— Она умерла.
— Что?
Паркер закрыл дверь и прислонился к ней спиной, чтобы девушка не могла войти внезапно.
— Сегодня вечером я в первый раз вышел из квартиры за пивом и сигаретами. А когда вернулся, она лежала убитая, деньги же пропали.
— Что ты мелешь?
— На стене висели две скрещенные сабли. Кто–то снял одну и проткнул Элли насквозь.
— Черт с ней, — бросил Кифка, гневно отмахиваясь рукой. — Что с деньгами? — Теперь он сидел выпрямившись.
— Уплыли, — ответил Паркер. — Парень, который убил ее, забрал чемодан и куда–то спрятал, а потом позвонил в полицию.
— И ты удрал до их появления?
— Нет. Пришлось с ними подраться.
Кифка сделал движение рукой, будто смахивал пыль с табуретки.
— Не нравится мне это, черт возьми, — заметил он.
— Виновник должен быть в курсе дел, — продолжал Паркер. — Кто же еще знал о деньгах?
— И ты подумал, что это я? — спросил Кифка. — Разве такое на меня похоже? — Кажется, он чувствовал себя оскорбленным.
— Просто у меня только твой адрес есть, — пожал плечами Паркер. — Потому я и пришел с тобой поговорить.
— С пушкой в руке?
— Ведь ты должен был сегодня работать. Я наведался в гараж, и мне сообщили, что ты вообще там не появлялся. Ну сам посуди, Дан!
— Ладно, — проговорил Кифка. — Конечно, можно было и сходить, но ты сам видишь, что со мной. Меня бы сцапали в первом же рейсе.
— Кто–то стащил деньги, — напомнил Паркер, которому совсем не хотелось беседовать с Кифкой о болезнях. — И как же теперь мы поступим?
Девица забарабанила ногой в дверь с наружной стороны.
— Поручи ей какое–нибудь дело, чтобы она не торчала в комнате, — сказал Паркер.
— Хорошо.
Паркер открыл ей, и она внесла поднос с тремя чашками, чайником, сахаром, блюдцем с лимоном и острым ножом.
В дополнение к майке она надела розовый фартук, но и он прикрывал ее только спереди. Когда она повернулась, устанавливая поднос, взору Паркера опять открылся ее зад, так прельстивший Дана Кифку.
— Дженни, дорогая, нам с Паркером надо потолковать наедине, — сообщил ей Кифка. — Мужские дела.
Когда он столь дипломатично изъяснялся с девушкой, то становился похож на медведя из мультфильма.
Дженни повернулась и посмотрела на Паркера.
— Дану нужен покой, — повторила она.
— Со мной ему будет гораздо спокойней, чем с вами, — усмехнулся Паркер.
— Только на несколько минут, дорогая, — - сказал Кифка.
Он бы мог смять ее одной рукой, как пустую пачку из–под сигарет, но глядел виноватыми глазами и говорил извиняющимся тоном.
Паркер ждал. Ситуация ему совсем не нравилась, но больше ничего не оставалось. Однако ожидание длилось не так долго, как он опасался. Девушка скорчила гримасу, повернулась, показав голый зад, и сделала пару общих замечаний о здоровье. Она попыталась было еще разлить чай, но затем все–таки вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь.
— Она — самое лучшее лечение, дорогой мой. Малышка очень меня бережет.