Мужчина стоял на пороге, упираясь шляпой в притолоку. Он был почти семифутового роста, черное пальто висело на нем мешком. Его желтое худое лицо блестело от пота, глаза дико сверкали. Левой рукой он прижимал к груди продолговатый предмет чуть больше мяча для регби, завернутый в коричневую бумагу.
Высокий мужчина топтался у входа, как слепой, похоже, ничего вокруг не замечая, пока наконец не увидел Спейда.
– Вы знаете… – начал он, но тут в горле у него что-то заклокотало, и он рухнул на пол.
Стряхнув с себя оцепенение, Спейд вскочил и бросился к упавшему. Сверток из его рук откатился под стол. Спейд повернул мужчину на спину. Глаза его были открыты, но больше не блестели.
– Запри дверь, – приказал Спейд.
Пока Эффи, клацая от страха зубами, возилась с замком, Спейд встал на колени и принялся ощупывать тело. Сперва сунул руку за пазуху мужчине и тут же выдернул – пальцы были в крови. Стараясь не испачкаться, свободной рукой он достал зажигалку, чиркнул ею и поднес к глазам тощего человека, зрачки остались неподвижными.
Спейд погасил зажигалку, убрал ее обратно в карман и расстегнул на мужчине пальто.
Его пиджак пропитался кровью. Спейд встал и направился к умывальнику.
– Это… это он? – прошептала Эффи, трясясь от ужаса.
– Да. Ему разрядили в грудь полную обойму: раз шесть стреляли.
– Надо… – начала Эффи.
– Врач уже не требуется, – перебил ее Спейд. – Черт возьми, он не мог прийти издалека с такими ранами. И почему только он появился так поздно? – Он нахмурился, вытер руки и отшвырнул полотенце прочь. – А теперь давай поглядим, что у него в свертке.
Он поднял пакет, и глаза его заблестели. Крепкую веревку Спейд не стал развязывать, а просто разрезал ножом. Эффи, обходя труп как можно дальше, приблизилась к Спейду.
– Думаешь, сокол? – прошептала девушка.
– Сейчас увидим, – пробормотал Спейд, торопливо срывая бумагу.
Перед их глазами предстала фигурка черной птицы высотой не больше фута.
Спейд засмеялся и погладил статуэтку.
– Мы получили дьявольскую вещь, ангел мой, – сказал он, с торжеством глядя на Эффи.
Она тоже дотронулась до птицы, опустила голову и дико закричала. Спейд посмотрел себе под ноги: его левый каблук наступил на пальцы трупа. Детектив живо шагнул в сторону.
Зазвонил телефон. Спейд кивнул Эффи, и девушка сняла трубку.
– Алло… Да… Кто?.. О да! – Глаза ее расширились. – Да, да… Подождите! – воскликнула она, в страхе озираясь на Спейда. – Алло! Алло! Алло! – Она бросила трубку на рычаг и заплакала. – Какой кошмар, Сэм! Это была мисс О’Шонесси. Спрашивала тебя. Она в «Александрии». Ей грозит опасность. У нее такой ужасный голос… Сэм, с ней что-то случилось, она даже не договорила. Помоги ей, Сэм!
Спейд положил сокола на стол.
– Сперва надо позаботиться об этом парне, – мрачно изрек он, указывая на труп.
– Нет, нет! – кричала Эффи. – Как ты не понимаешь? Он принес сокола для нее. Он помогал ей, а они его убили. Беги же туда!
– Хорошо. – Спейд склонился над статуэткой, опять упаковывая ее в бумагу. Работал он быстро, отчего сверток получился большим и неуклюжим. – Как только я уйду, позвони в полицию. Все им объясни, но не упоминай никаких имен. Ты ничего не знаешь. Я предупредил тебя по телефону, что уезжаю, но не сказал куда. – Он начал перевязывать пакет бечевкой. – Про эту штуку забудь. Ни в коем случае не сообщай, что наш гость пришел со свертком, и не поддавайся на провокации. Если же им известно о пакете, придется расколоться, но о его содержимом молчи. Скажешь, что я забрал его нераспакованным. – Он прижал пакет к груди. – Однако будем надеяться, что они ничего о нем не слышали. Значит, запомни: того, что им известно, не отрицай, но сама помалкивай. Ты ничего не знаешь о связях этого парня. И не имеешь права болтать о моих делах. Ясно?
– Да, Сэм. А ты… ты догадываешься, кто он?
Спейд усмехнулся.
– По-моему, это Джакоби, капитан «Да Паломы». – Он надел шляпу и еще раз внимательно оглядел мертвого.
– Торопись, Сэм, – взмолилась девушка.
– Бегу. В случае чего, звони Сиду. Впрочем, не надо. Мы используем его для других целей. – Он потрепал Эффи по щеке. – У тебя дьявольски добрая душа, ангел мой.
Глава 17
Субботняя ночь
Зажимая пакет под мышкой, Спейд по переулкам добрался до угла Кирни– и Пост-стрит, где поймал такси. Затем доехал до автовокзала «Пиквик-стейдж» на Пятой улице и там положил сверток в камеру хранения. Квитанцию сунул в конверт с маркой, написал на нем «М. Ф. Голланд», номер абонентского ящика на центральном телеграфе Сан-Франциско, бросил письмо в ближайший почтовый ящик и покатил в «Александрию».