– Мистер Кэйро, Вилмер и я отправились к Джакоби и, к счастью, застали у него мисс О’Шонесси. Разговор получился трудный, но все же к полуночи мы, как нам казалось, убедили мисс О’Шонесси начать сотрудничество. Тогда мы покинули пароход и пошли ко мне в отель, чтобы, расплатившись с мисс О’Шонесси, получить сокола. Но, увы, сэр! И она, и капитан Джакоби, и птица от нас упорхнули. Нам, мужчинам, не следует воображать, будто с этой дамой легко справиться. – Он весело засмеялся. – Слава богу, теперь все в порядке.
Спейд взглянул на девушку. Она смотрела на него умоляющими глазами.
– Это вы устроили пожар на пароходе? – спросил Спейд у Гутмана.
– Не совсем так, сэр, – ответил толстяк, – хотя по большому счету мы – по крайней мере, Вилмер – ответственны за поджог. Он пытался найти сокола, пока мы беседовали в каюте, и наверняка неосторожно обращался со спичками.
– Прекрасно, – заметил Спейд. – Если его привлекут за убийство Джакоби, мы повесим на него еще и пожар. Хорошо. Теперь об убийстве.
– Так вот, сэр, мы носились по городу в поисках беглецов и наконец разыскали квартиру мисс О’Шонесси. Никакой уверенности, что мы их застанем, у нас не было, но, притаившись за дверью, мы услышали изнутри шум. Тогда мы позвонили, она подошла и, не отпирая, спросила: «Кто там?» Мы ответили, и до нас сразу донесся звук открываемого окна. Естественно, мы поняли, что это значит, и Вилмер помчался вниз, чтобы успеть к пожарной лестнице. А когда выскочил на улицу, увидел капитана Джакоби с птицей в руках. Положение было трудным, и Вилмер совершил то, что мог: он несколько раз выстрелил в капитана, но Джакоби оказался крепким мужчиной, он не упал и не выпустил сокола. Дело, как вы понимаете, происходило днем. Джакоби сбил Вилмера с ног и удрал. А когда Вилмер поднялся, он увидел неподалеку полицейского и сразу скрылся в подъезде дома возле «Короны». Потом вышел из укрытия и присоединился к нам.
– Да, сэр, – продолжал Гутман, – нас снова обманули. Мисс О’Шонесси открыла нам с Кэйро дверь… – Он помолчал, улыбаясь воспоминаниям. – Мы хотели выяснить, куда подевался капитан с соколом, и в конце концов она призналась, что направила его к вам. Мы испугались сначала, что капитана сцапает полиция, потом подумали, что он вообще до вас не доберется. Но даже такой шанс решили не упускать. Пришлось снова просить девушку о помощи. Короче, мы уговорили ее выманить вас из конторы, пока туда не явился Джакоби, и послали на перехват Вилмера. К несчастью, было уже поздно: в то время, как мы… – Парень на софе застонал, повернулся на бок и захлопал глазами. Девушка встала и снова перешла в угол комнаты между столом и окном. – …убеждали мисс О’Шонесси сотрудничать с нами, сокол уже попал к вам, – закончил Гутман.
Парень спустил ноги на пол и принялся таращиться по сторонам. Кэйро помог ему подняться. Сжав кулаки, мальчишка напружинился так, словно намеревался броситься на Спейда.
– Послушай, цыпленок, – хмыкнул Спейд, – раз уж ты здесь, то сиди и не рыпайся.
Парень посмотрел на Гутмана. Тот доброжелательно улыбнулся и сказал:
– Понимаешь, Вилмер, мне, конечно, жалко терять тебя, ведь ты для меня больше чем родной сын. Но, видит бог, сыном я еще смогу обзавестись, а мальтийский сокол – один.
Спейд засмеялся. Кэйро придвинулся к пареньку и что-то прошептал ему на ухо. Парень, не сводя холодных глаз с Гутмана, снова сел на софу. Кэйро устроился рядом.
– Ты еще молод, – добавил Гутман, – и многого не разумеешь.
Кэйро обнял парня за плечи и опять что-то зашептал. Спейд мигнул Гутману и обратился к Бриджит:
– Наверное, тебе лучше поискать на кухне какую-нибудь еду и сварить кофе. Сделаешь? Я не хочу покидать своих гостей.
– Конечно, – ответила девушка и шагнула к двери.
– Одну минутку, дорогая, – остановил ее Гутман, протягивая руку. – Дай-ка сюда конверт. Еще заляпаешь жиром!
Бриджит вопросительно посмотрела на Спейда.
– Отдай, – равнодушно проговорил тот.
Она достала конверт из кармана пальто и вручила толстяку.
– Можете сесть на него, если боитесь потерять, – сказала она.
– Вы неправильно меня поняли, – вежливо возразил Гутман. – Дело есть дело. – Быстро распечатав конверт, он пересчитал деньги и захохотал так, что заколыхался живот. – Здесь, например, только девять бумажек, а было десять. – Он широко и радостно улыбнулся.
Спейд быстро взглянул на Бриджит О’Шонесси и требовательно произнес:
– Ну?
Она молча потрясла головой, лицо у нее было испуганное. Спейд протянул руку, и Гутман передал деньги ему. Спейд пересчитал купюры – их действительно оказалось девять – и вернул толстяку. Потом встал и мрачно взял со стола три пистолета.