– Разрешите также спросить, мистер Спейд, справедливы ли газетные намеки на связь между убийствами мистера Арчера и человека по фамилии Торсби?
Спейд ответил, что видимой и определенной связи здесь нет.
Кэйро встал и поклонился.
– Прошу прощения. – Потом снова сел и положил руки на стол. – Я задал сей вопрос не столько из праздного любопытства, мистер Спейд, сколько от того, что пытался обнаружить… э… орнамент – если можно так выразиться – случившегося. По здравому размышлению я решил, что вы мне все растолкуете.
Спейд кивнул.
– А орнамент – это статуэтка, – продолжал Кэйро, тщательно подбирая слова, – черная фигурка птицы.
Спейд снова кивнул, он слушал с явным интересом, приподняв брови.
– По поручению владельца этой фигурки я готов заплатить пять тысяч долларов за ее возвращение. – Кэйро сделал пальцами жест, обозначающий деньги. – Я передам вам эту сумму при условии, что вы не будете задавать никаких вопросов. – Он опять пристроил руки на столе, улыбнулся и задумчиво проговорил: – Пять тысяч – солидная сумма. Она…
В кабинет постучали.
– Войдите, – сказал Спейд.
Дверь открылась, и к ним заглянула Эффи в маленькой фетровой шляпке и черном пальто с серым меховым воротником.
– Я вам больше не нужна? – спросила она.
– Нет. Спокойной ночи. Запри за собой, когда будешь уходить.
– Спокойной ночи, – повторила она и исчезла.
Спейд повернулся к Кэйро.
– Какая интересная история.
Из коридора донесся звук захлопнувшейся за Эффи Пирайи двери.
Кэйро улыбнулся и выхватил из внутреннего кармана пиджака миниатюрный пистолет.
– Поднимите, пожалуйста, руки и сцепите их на затылке, – попросил он.
Глава 5
Левантиец
На пистолет Спейд не смотрел. Сцепив пальцы, он сложил руки на затылке. Выражение его лица не изменилось ни на йоту: он разглядывал Кэйро. Тот нервно кашлянул и с извиняющейся улыбкой пробормотал:
– Я намерен обыскать вашу контору, мистер Спейд. Предупреждаю, если вы попытаетесь помешать мне, я вас застрелю.
– Валяйте, – равнодушно бросил Спейд.
– Встаньте, пожалуйста, – сказал Кэйро. – Я должен посмотреть, нет ли у вас оружия.
Спейд вышел из-за стола. Кэйро приблизился, переложил пистолет в левую руку, а правой похлопал Спей-да по карманам. Лицо левантийца находилось не далее, чем в шести дюймах от правого локтя Спейда. И тот воспользовался этим: резким движением локтя он ударил Кэйро в скулу, а правым каблуком одновременно наступил на ногу. Пистолет упал, Спейд успел подхватить его. Изумление на физиономии левантийца сменилось болью, и он рухнул к ногам Спейда. Спейд подкинул на ладони пистолет, который казался игрушечным в его огромной лапе.
Потом схватил Кэйро за лацканы пиджака левой рукой, а правой обыскал карманы. Лицо Спейда по-прежнему ничего не выражало, а на лице его противника, кроме боли, появилась досада. Спейд рывком поднял обмякшее тело и усадил в то самое кресло, в котором Кэйро недавно сидел. Улыбнувшись мягкой и далее мечтательной улыбкой, Спейд расправил плечи и двинул гостя кулаком в скулу. Сперва в правую, затем в левую и напоследок в челюсть. Кэйро потерял сознание.
Теперь Спейд стал обыскивать его методически, выкладывая на стол содержимое карманов. Закончив обыск, он вернулся на свое место, закурил и начал изучать изъятые вещи.
Первым делом – объемистый бумажник из темной мягкой кожи. Там находились триста пятьдесят пять долларов в различных банкнотах, три пятифунтовые купюры, греческий паспорт с фотокарточкой Кэйро, пять сложенных розоватых листков бумаги, исписанных словами, напоминающими арабскую вязь, газетная вырезка с сообщением об убийствах Арчера и Торсби, фото мрачной женщины с жестокими глазами и уныло опущенным ртом, пачка визиток на имя Джоэля Кэйро и билет на сегодняшний вечер в театр «Джири».
Кроме бумажника, в карманах обнаружились три разноцветных носовых платка, пахнущих «Шипром», платиновые часы «Лонжин» на платиново-золотой цепочке с брелоком из какого-то белого металла, горсть американских, английских и китайских монет, полдюжины ключей, надетых на кольцо, авторучка, расческа в кожаном футляре, карманный путеводитель по Сан-Франциско, багажная квитанция, пакетик с пастилками, карточка шанхайского страхового агентства и, наконец, четыре квитанции со штампом отеля «Бельведер», на одной из которых были записаны имя Сэма Спейда и два его адреса – служебный и домашний.
Завершив осмотр – он даже вскрыл корпус От часов – и ничего интересного не найдя, Спейд наклонился над Кэйро, который до сих пор не пришел в сознание. Пощупав ему пульс, Спейд снова сел в кресло и свернул папиросу. Курил он долго и все-таки дождался, когда Кэйро зашевелился, застонал и захлопал веками.