Ко мне подошла девушка-аспирантка, что вела семинар.
— Вы к кому? На факультет записываетесь? — спросила она вежливо, но с лёгким недоумением. Мой вид явно выбивался из общего ряда.
— Нет, — мой голос как ни странно прозвучал хрипло. Откашлялся и продолжил. — Я... просто послушал. Очень познавательно.
Быстрым шагом вышел в коридор, где пахло уже не старой древесиной, а пылью и чистящим средством. В ушах ещё стоял её голос: «...без внутреннего стержня».
Мой план, моя стратегия, моя игра — всё это вдруг показалось до смешного плоским. Картонными декорациями. Я пытался играть с человеком, который мыслил категориями шахматных гроссмейстеров.
В полнейшей тишине я вздрогнул внезапно пришедшего уведомления на телефон. Пришло сообщение от Кости: «Ну что, финансовый гений, как продвигается поглощение активов? Уже наметили дату ребрендинга?»
Раньше эта похабная шутка вызвала бы у меня усмешку. Сейчас же меня от неё передёрнуло. Я сунул телефон в карман, не отвечая.
Сейчас я шёл по вечернему университету, а в голове крутились обрывки её фраз. Не о цвете. О системе. О смыслах. Я думал не о том, как использовать это в разговоре с ней. Я думал о том, что это было. Этот холодный огонь. Эта сила. Она завораживает. Теперь я понял самую простую и самую сложную вещь. Проект «Лика» был неверно оценён с самого начала. Риски — занижены. Потенциальная доходность — не поддавалась расчёту. А главное — я перестал понимать, какую позицию занимаю сам. Инвестор? Или уже актив, который вот-вот начнут оценивать по совершенно другим критериям?
Первая фаза — разведка — была завершена. И её результаты грозили обанкротить всю мою первоначальную стратегию.
Глава 6. Лика
Искусство учит видеть слоями. Позолоту, подмалёвок, кракелюры. Истину, скрытую под гладким лаком интерпретации. С Марком было так же. После той первой, молчаливой «проводки» он начал медленно, почти незаметно появляться в моём поле зрения. Но уже не как назойливый блик на картине, который хочется затенить. А скорее, как новый элемент композиции, значение которого ещё предстояло понять.
Всё началось с книги.
Я сидела в своей обычной нише в библиотеке, делая выписки для эссе по иконографии страданий в позднеготической скульптуре. Весьма бодрящее чтиво на предвечерний вторник. На соседний стул, с глухим стуком, лёг увесистый том «Искусство Северного Возрождения: социальный контекст и визуальные коды».
Подняв глаза я поняла, что рядом стоял Марк, с тем видом, с каким приносят трофей. Но в его глазах не было бравады. Была… деловитость. И лёгкая, почти неловкая настороженность, будто он положил на стол не книгу, а обезвреженную гранату.
— Ты упоминала на том докладе про социальный статус заказчика у ван Эйка, — сказал он, не садясь. Говорил тихо, не нарушая библиотечной тишины. — Я послушал. Полез разбираться. Зацепило.
Это было настолько неожиданно, что я на секунду потеряла дар речи. Я помнила тот доклад. Помнила ощущение в зале, холодную концентрацию, уходящую в тему, как в тоннель. И вот — отголосок из того тоннеля возвращался ко мне в виде этого парня с учебником под мышкой.
— Зацепило? — переспросила я, откладывая ручку. — Контекст и коды? Это довольно… специфично.
— Я работаю с кодами другого рода, — пожал плечом парень, и уголок его рта дёрнулся. Не улыбка, а что-то вроде усмешки над собой. — Финансовыми, алгоритмическими. Но принцип, вроде, общий: нужно понимать систему, чтобы видеть истинную стоимость объекта. Или смысл.
Марк произносил каждое слово своей речи без пафоса, как констатацию факта. И в этом была странная убедительность. Он не пытался казаться глубоким, а просто делал вывод, основанный на его собственном, чужом для меня опыте.
— И каков же вывод? — искренне заинтересовавшись, спросила я. Моё любопытство, холодное и аналитическое, перевесило настороженность.
— Что я был поверхностен, — откровенно произнёс Марк и это прозвучало так непохоже на того самоуверенного красавчика каким я всегда его видела, особенно в тот раз в библиотеке с кофе. — Что смотрел на… на искусство, как на картинки. Красивые или не очень. А там, оказывается, целые отчёты зашифрованы. Балансы. Дипломатические послания. Это… эффективно.