Слово «эффективно» прозвучало в этом контексте почти кощунственно. И от этого — ещё искреннее. Это был его язык. И он пытался на своём родном, только ему одному понятному языку, объяснить мою вселенную.
Я жестом пригласила Марка сесть. Он его принял без слов, отодвинувшись на почтительное расстояние, и открыл свою книгу. На полях были аккуратные пометки карандашом. Не «нравится/не нравится», а вопросы: «Почему именно лазурит? Стоимость vs. символика?», «Связь между финансовым положением бургундского двора и темой memento mori?».
— Ты задаёшь правильные вопросы, — не удержалась я, глядя на его заметки.
— Стараюсь, — он ответил просто. — Иначе не разберусь. А разбираться интересно.
Мы поговорили ещё полчаса. Вернее, говорила в основном я, отвечая на его чёткие, немного прямолинейные вопросы. Марк слушал с той же сосредоточенностью, с какой, должно быть, слушал лекции по корпоративным финансам. Иногда глаза парня загорались, когда улавливал связь, параллель, логическую цепочку. Это был не флирт. Это был интеллектуальный аппетит. И он был заразителен.
Когда Марк ушёл, прежде пообещав «докопаться до сути с этим Босхом», я долго сидела, глядя на его оставленную на столе книгу. Потом потянулась к телефону. Юле нужно было срочно обо всём рассказать.
Мы встретились в кафетерии через час. Подруга, выслушав мой сдержанный, но подробный отчёт, крутила в руках трубочку от коктейля, лицо её было серьёзным.
— Лик, давай по полочкам, — сказала она своим детективным тоном. — Парень, который до этого нёс тебе кофе с видом покорителя всего мира, теперь штудирует учебники по Северному Возрождению. И задаёт как тебе кажется «правильные вопросы», - Юля покачала головой, тем самым демонстрируя то ли недоверие, то ли какую-то тревогу.
— Марк показал мне пометки. Они не для галочки. Он реально пытается вникать, - сама того не заметив начала защищать его. Вероятнее, даже не самого Марка, а его проснувшийся интерес к искусству.
— Именно это меня и пугает! — Юля хлопнула ладонью по столу. — Слишком резкий поворот на сто восемьдесят градусов. Либо у него случилось озарение, либо… это продуманный стратегический ход. Чтобы понравиться. Чтобы ты поверила в его искренность.
Слово «поверила» повисло между нами. Я отхлебнула холодный чай. Подруга говорила то, о чём я сама боялась думать.
— Его вопросы… они не дурацкие, Юль. Они по делу.
— Тем хуже! Если бы он нес околесицу, это было бы смешно и безобидно. А так… Так он вкладывается. Либо в тебя, либо в свой образ. И я, как циник со стажем, склоняюсь ко второму. Он что, с тобой о твоих чувствах заговаривает? О чём-то личном? - Юля говорила жёстко, отчеканивая каждое слово, а я в это время чувствовала, как внутри всё сжимается в холодный комок и машинально провела пальцем по краю стакана, собирая капли. Тут я задумалась. Нет. Ни разу ни о чём таком Марк не упоминал. Только искусство, книги, иногда — музыка, да и то вскользь. Как будто он выстраивал между нами мост, но ступал на него с крайней осторожностью, проверяя каждый дощатый настил.
— Нет, — тихо ответила я. — Только по существу, - мои слова прозвучали тише, чем я хотела. Голос, к моему же ужасу дрогнул. Не от сомнений в Марке, а от яростного желания защитить этот новый, хрупкий мир общих смыслов, который возник между нами в библиотеке.
— Вот видишь! — воскликнула Юля, как будто поймала его с поличным. — Это классика! Он создаёт зону комфорта. Позиционирует себя как безопасного, интеллектуального парня. Убирает навязщий флирт, чтобы ты расслабилась. А потом, когда ты привыкнешь к его присутствию… Бах! И ты уже влюблена в «родственную душу», которую он так старательно из себя лепит.
Её слова были как удар молотком по голове — жёстко, точно, оставляя после себя боль. Она была права. Это было слишком логично. Слишком… похоже на искусную подделку. Фальсификат опытного мастера, где учтены все стилистические особенности, все кракелюры, но нет главного — неуловимого дыхания времени, случайной ошибки оригинала.
— Но зачем? — в этом вопросе прозвучала не только подозрительность. В нём слышался почти детский, обидный вопрос ко всему миру: «Зачем проявлять такой настойчивый, умный интерес, если потом всё равно уйдёшь?». — Что ему от меня нужно? Я же не… Я не из его круга. У меня нет надутых губ, нарощенных волос, фигуры 90-60-90…