– Доброе утро, любимая.
Улыбнувшись мне, Слава обошел стол и протянул мне нож. Что мне с ним делать? Резать торт?
– Разрезай. Мы вчера не успели его скушать, доедим сейчас.
Кивнув, встала около торта и стала очень осторожно разрезать его на куски. Никогда не думала, что могу быть настолько аккуратной. Торт был очень красивым, и мне не хотелось испортить его одним неверным движением. С некоторых пор, я стала очень чувствительна ко всему, что делал для меня Слава.
Этот торт одна из тех прекрасных и милых вещей, в которые мне не верилось. Но я была очень благодарна ему за все подарки, которые он мне дарил. А еще драгоценней только те моменты жизни, в которые мне было по-настоящему весело.
Когда торт был разрезан, взяла два блюдца и отложила по одному кусочку на каждое. Слава уже разлил чай и теперь размешивал сахар. Зачем сахар в чае, если торт сладкий? Его вполне хватит, он ведь просто огромный! И как мы его съедим? Придется звать подмогу.
Сев за стол рядом с друг другом, стали кушать. Начинать день с торта? Очень вредное питание. Но как же было все равно! Не важно, какая едва. Важна компания, в которой ты принимаешь еду. А моя компания самая прекрасная, о какой только и можно было мечтать.
Я не говорила со Славой о Валентине, пока мы кушали, чтобы не портить этот волшебный момент. Но когда мы вернулись в комнату, мужчина сам завел речь о нём.
– Думаю, тебе нужно показаться ему на глаза. Тогда мы сможем выбить все признания.
Получается, я буду в качестве приманки? Ладно. Мне хочется помочь. И если моя помощь подразумевает стать приманкой для психа – пожалуйста. Надеюсь, его не выпустят, и он не ранит меня снова. Не хочется терять ребенка.
Глава 39
Я переоделась в костюм. Впервые ездила в таком виде. Собрала волосы в косичку, чтобы лишний раз никто за них не ухватился. Как же было страшно ехать к Валентину, хотя мне самой хотелось его увидеть. Но сейчас процессом руководил Слава, а от него можно ожидать всего, что угодно. И это ничуть не успокаивало!
Тяжело вздохнув, стала успокаиваться. Со временем успокаиваться становилось все труднее и труднее. Это связано с моей беременностью? Скорее всего, это и есть причина. И это плохо! Ведь со Славой жить спокойно практически невозможно. Мне нужно выдержать все его выходки, если я хочу родить ребенка. Я справлюсь, другого не дано.
Интересно, а как Валентин отреагирует на мою беременность? Действительно интересно. Кстати, он ведь до сих пор в камере? Где же его напарник, который работает детективом? Возможно, они поссорились из-за моей смерти. Так, спокойно! У меня опять начинается истерика. Нужно точно что-то делать с этим.
Я почувствовала тепло на своей руке и посмотрела на неё с удивлением. Мужчина сжал мою руку в своей. Он чувствует, как мне плохо и помогает? Какой же он все-таки милый. Спасибо тебе, если ты читаешь мысли. Сжав руку любимого, посмотрела в окно. У меня все получится. Мне ведь соблазнять его не нужно, верно? Просто придти и поговорить с ним. Увидеть его реакцию на то, что я выжила.
Машина остановилась, но я не спешила выходить. Прямо напротив, находился полицейский участок, а внутри него множество людей, которых еще не успели посадить в настоящую тюрьму. А один из них Валентин. Не удивлюсь, если он будет вести себя тише всех остальных. Ну, разумеется, до поры до времени. Страх снова вернулся, но Слава крепче сжал мою руку. Ему тоже страшно?
– Ева, все будет хорошо. Я буду рядом с тобой, так что не переживай. Он тебя не тронет.
Возможно, мне было важно услышать от него именно эти слова. Улыбнувшись, поцеловала мужчину в краешек губ и вышла из машины, разрывая сцепление наших рук. Остался один шаг, который нужно решить. Других неприятностей на горизонте не появлялось. Я верю Славе, но зная его привычку, со всеми последствиями мне придется справляться самой. И только если что-то будет угрожать моей жизни, он вмешается. Ну, хоть что-то.
Меня провели к камерам без всяких вопросов. Я не была удивлена, Слава всегда все планирует наперед. А вот что будет с Валентином, не может догадаться даже он. Вдохнув побольше воздуха, шагнула к его камере. Он выглядел просто ужасно. Вся одежда в лохмотьях, волосы будто выдраны с одной стороны. Глаза в синяках, бегающие из стороны в сторону. Будто дикий зверь. Казалось, он и не спал вовсе.