— Расскажи мне, что случилось, — попросил он. — Я хочу помочь.
Я почувствовала, как слова застревают в горле, но, собрав всю свою волю, начала рассказывать. Я рассказала ему о Кэзухиро, о том, как он изменил мою жизнь, и о том, что произошло сегодня. Я говорила медленно, пытаясь упорядочить мысли, но слёзы продолжали катиться по щекам.
Когда я закончила, Александр молча обнял меня снова. Его присутствие было как тихая гавань в бушующем море.
— Ты не одна, — повторил он, крепче прижимая меня к себе. — Мы разберёмся с этим вместе.
Я закрыла глаза, чувствуя, как напряжение покидает моё тело. В этот момент я поняла, что могу довериться ему. Он не осудит меня, не станет задавать лишних вопросов. Он просто будет рядом.
Мы просидели так некоторое время, пока я не почувствовала, что могу взять себя в руки. Александр мягко отстранился, но не отпустил мою руку.
— Спасибо, — тихо сказала я, вытирая слёзы. — Ты даже не представляешь, как много это для меня значит.
Он улыбнулся, но в его глазах читалась серьёзность.
— Обещай мне, что ты больше никогда не будешь одна справляться с этим.
— Обещаю, — ответила я, чувствуя, как в сердце начинает зарождаться надежда.
Александр кивнул и, поднявшись, протянул мне руку.
— Пойдём, я покажу тебе, где можно отдохнуть и привести себя в порядок. А потом мы обсудим, что будем делать дальше.
Я взяла его за руку, и мы вместе вышли из комнаты. Кэзухиро сразу бросил на меня недовольный взгляд, увидев, как я держусь за Александра. Я сглотнула и отвела от него взгляд. Александр отвёл меня в уборную и дал время привести себя в порядок. Я подкрасила губы и уложила волосы, как надо. Выдохнув, я вышла к мужчине.
— Спасибо, что подождал меня... правда, спасибо... — Я мягко улыбнулась Александру.
— Да за что, — мужчина похлопал меня по спине и отвёл обратно. Кэзухиро как-то неодобрительно смотрел на Алекса, но русский гонщик явно не замечал этого.
— Эй, Александр, пойдём на улицу, подышим, покурим, — позвал Кэзухиро Александра. Мигель, Тацуи и Джексон тоже начали проситься с ними.
— Я звал только Александра, вы сидите тут как наседки,
— упрекнул ребят Кэзухиро. Александр лишь пожал плечами, послал мне воздушный поцелуй и вышел вместе с Кэзухиро на улицу. Я проводила их взглядом и посмотрела на Мигеля, Тацуи и Джексона, которые начали о чём-то оживлённо говорить. Не желая оставаться одна, я подошла к ним и включилась в разговор. Мы обсуждали предстоящие гонки и делились своими планами на будущее. Но меня тяготило, зачем Кэзухиро увёл Алекса и о чём они там разговаривают?
Кэзухиро
Вместе с Александром мы вышли на улицу. Мужчина поднял на меня взгляд и приподнял одну из густых бровей.
— Чего ты хотел, Кэзухиро?
Я лишь достал из кармана пачку сигарет и, засунув одну в рот, поджёг её зажигалкой. Я предложил пачку Алексу, и тот взял сигарету и зажигалку.
— Знаешь что, Сашенька?
Александр лишь передал мне зажигалку и смахнул пепел.
— Зачем ты лезешь к моей репортёрше? Понравилась, что ли?
— А что такого? Ты сам девчонку обидел, надо же хоть немного быть человечным, Кэз.
Я нахмурился и подошёл ближе к Саше.
— Человечнее? Мы гонщики, знаменитости. Такие, как она, просто мусор.
Мужчина напротив лишь нахмурился.
— Может, мусор — это не она, а ты?
Я замер, услышав его слова. Взгляд Александра стал ледяным, и он медленно выдохнул дым, словно обдумывая каждое своё следующее слово.
— Александр, ты ведь знаешь, что я не привык, когда мне указывают. Ты, наверное, не до конца понимаешь, кто я и что я могу сделать.
Я смотрел на него, чувствуя, как внутри закипает злость. Я не мог позволить ему так со мной разговаривать.
— Кэз, я не указываю. Я просто говорю, что ты не прав. Она человек, и она заслуживает уважения.
Я прищурился, и в моих голубых глазах мелькнуло что-то опасное.
— Уважение? Ты серьёзно? Ты думаешь, что я не уважаю людей? Да я больше уважаю тех, кто готов бороться за свою жизнь, чем тех, кто просто сидит и ждёт, пока им всё принесут на блюдечке.
— А ты не думаешь, что иногда нужно просто остановиться и подумать? — не сдавался Алекс.— Что иногда стоит быть мягче?
Я медленно выдохнул дым и отвернулся, будто мои слова его не тронули.
— Сашуль, ты слишком наивен. Мир не такой чёрно-белый, как тебе кажется. И если ты не хочешь, чтобы я сделал что-то, о чём потом пожалеешь, лучше держись подальше от моей репортёрши.