– Что ты думаешь о варианте с побегом? – спросила Юко, наконец открыв глаза. В них плескалась тревога, но и решимость.
– Слишком очевидно, – ответил я, не отрывая взгляда от мерцающих огней города. – Они будут ждать нас в аэропортах, на вокзалах, на границе. Они контролируют все пути отхода.
– Значит, нужно исчезнуть здесь, – пробормотала Юко, задумчиво глядя на банку в своей руке. – Раствориться в толпе.
– Именно, – согласился я. – Но для этого нам нужны документы, связи и место, где можно переждать. И все это нужно достать до того, как они нас найдут. Ну, переждать мы можем в этом отеле.
Я достал из кармана смятую пачку сигарет и предложил Юко. Она отказалась. Я закурил, глубоко затягиваясь. Никотин немного успокоил нервы.
– У меня есть один вариант, – сказал я, выпустив струйку дыма в ночную темноту. – Но он рискованный. Очень рискованный.
Юко посмотрела на меня с немым вопросом.
– Мой дядя. Он давно отошел от дел, живет в глуши, в горах. Он не любит мафию, и мафия не любит его. Если кто и сможет нам помочь, то это он.
– Но как мы доберемся до гор? – спросила Юко. – У нас есть машина, но бензин в ней тю-тю.
– Придется импровизировать, – ответил я, туша сигарету пальцами. –
Завтра будет долгий день. Нам нужно поспать хотя бы пару часов.
Я знал, что сон будет тревожным, полным кошмаров. Но мы должны были быть готовы. Завтра мы начнем нашу игру. И на этот раз ставки будут выше, чем когда-либо. На кону – наши жизни.
Мы заснули, усталые от этих побегов. Но тишину утра разорвал голос Юко, словно хрупкий лед:
— Нас выселяют…
Я сонно приподнялся, пытаясь прогнать остатки дремы.
— Почему?
— Из-за нас… на отель напали… — прошептала она, и нижняя губа предательски задрожала, а глаза опустились к полу, словно ища там спасение. — Так сказал портье…
Я вздохнул, смирившись с неизбежным.
— Ладно, собирайся.
Собрав вещи,я сдал номер. На улице Юко совсем поникла, словно цветок без солнца.
— Где мы теперь будем ночевать?
Я удивленно вскинул бровь.
— Я снял квартиру на месяц. Поехали.
Мы подошли к машине, одиноко стоявшей на парковке. Салон встретил нас запахом кожи и бензина. Мотор заурчал, оживая, и мы тронулись в путь. Минут через пятнадцать мы уже стояли у подножия многоэтажного дома. Звонок хозяйке, короткое ожидание, и вот она уже протягивает нам ключи, словно билеты в новую жизнь. Мы поднялись на восьмой этаж, и я открыл дверь. Юко, робко переступив порог, огляделась.
— Уютно, — выдохнула она.
Серые обои с нежным рисунком окутывали стены, белый ламинат искрился под светом дня, а по потолку мерцали крошечные фонарики, словно звезды в ночном небе. Небольшая кухня, ванная комната, прихожая и, наконец, спальня.
Я поставил сумки на пол и подошел к окну. Город расстилался внизу, словно гигантская мозаика из огней и теней. Юко присела на краешек кровати, все еще не веря в происходящее.
— Может, закажем что-нибудь на ужин? — предложил я, стараясь разрядить обстановку.
Она кивнула, и я достал телефон. Пока мы ждали доставку, я занялся распаковкой вещей. Юко молча наблюдала за мной, и в ее глазах читалась какая-то обреченность. Я понимал ее, сам чувствовал себя не лучше. Но сейчас важно было создать хоть какое-то подобие нормальности, чтобы дать ей возможность немного передохнуть.
Когда привезли еду, мы молча поели, почти не поднимая глаз друг на друга. После ужина я предложил посмотреть фильм. Юко согласилась, и мы устроились на диване. Да, Юко все еще сидела от меня поодаль. Ладно, пускай так. Ей тоже тяжело это все дается. На следующее утро я проснулся раньше Юко. Она, свернувшись калачиком на диване, казалась безмятежной. Уголок губ дрогнул в усмешке, и я потянулся за телефоном. Сообщение от дяди: всего два слова, словно выстрел – "Позвони мне."
Тихонько встав, чтобы не разбудить Юко, я подошел к окну и набрал номер дяди Альберта. Он ответил мгновенно.
– Дядя Альберт? Привет… Можешь мне кое с чем помочь?