— У меня. Ой, не скажу, где именно. Не ищи его, он этого не заслужил.
Я бросила трубку, с силой сжав телефон в руке. Ярость и ледяной страх сковали меня. Я должна его найти! Вскочив, я наспех натянула серые спортивные штаны и такую же кофту, машинально сунула телефон в карман, но тут же замерла, словно очнувшись. Предчувствие опасности заставило меня сглотнуть ком в горле. Оставив телефон дома, я выбежала на улицу. Машины Кэзухиро нигде не было. Краем глаза я заметила мальчишку, у которого мы вчера брали мотоцикл. Подбежав к нему, я взмолилась:
— Мальчик, дай мне мотоцикл, пожалуйста… Умоляю!
Он нахмурился:
— Я же вам вчера давал! А вы его бросили где-то!
Сглотнув, я судорожно полезла в карман и протянула ему смятую стодолларовую купюру.
— Прошу…
Малыш, довольный, отдал мне ключи и убежал прочь. Я вскочила на мотоцикл, дрожащими руками завела его. Бак был полон. Рев мотора разорвал тишину, и я помчалась по улицам Лос-Анджелеса. Внезапно, будто повинуясь какому-то внутреннему голосу, я остановилась у густой чащи леса. Прикусив губу, я свернула на узкую тропинку, ведущую вглубь. Прибавив газу, я пронеслась через лес минут за двенадцать. Неожиданно мотоцикл забуксовал в песке, и, подняв голову, я увидела старый, заброшенный маяк, возвышающийся над дюнами. А рядом с ним… машину Кэзухиро.
Сердце бешено колотилось, отдаваясь в висках. Я заглушила мотоцикл и, стараясь дышать ровно, двинулась к маяку. Каждый шаг давался с трудом, ноги вязли в песке. В голове крутились обрывки вчерашнего дня, разговор и моменты с Кэзухиро и зловещие слова Льюиса. Что он задумал? И почему Кэзик оказался здесь?
Приблизившись к машине, я увидела распахнутую дверь и ничего более.
Миновав машину, я заметила приоткрытую дверь маяка и, повинуясь неясному импульсу, вошла внутрь. Меня встретила бетонная спираль лестницы, отмеченная зловещими багряными каплями… Сердце бешено колотилось, когда я взмывала вверх по бесконечным ступеням, пока, наконец, не достигла вершины. Не успела я коснуться дверной ручки, как до слуха донеслись голоса двоих мужчин. Это были чужие голоса– не Кэзухиро и Льюиса.
– Босс устранил Кэзухиро. Осталась девчонка. Скорее всего, она в квартире.
Холодный ужас сковал меня. Я с трудом сглотнула ком в горле. Осторожно выглянув из своего укрытия, я замерла в оцепенении. Площадка маяка была залита кровью, а лист металла прошит пулями. Невольный крик вырвался из моей груди, и мужчины обернулись. Я сорвалась с места, кубарем скатываясь вниз по лестнице, преследуемая эхом их тяжелых шагов. Первой достигнув земли, я вскочила на мотоцикл и, взревев мотором, умчалась прочь, туда, откуда Ветер хлестал в лицо, смешиваясь со слезами. Дорога расплывалась перед глазами, но я гнала мотоцикл, не сбавляя скорости. Кэзухиро возможно мертв. Льюис… что с Льюисом? Мысль о том, что и он был убийцей мужчины, который был моим напарником, глубоко засела в сердце. Так еще и я помогла ему найти Кэзухиро! Я дура, дура!
Припарковав мотоцикл в переулке, я осторожно прокралась к дому. В квартире царила тишина. С замиранием сердца я вошла внутрь. Все было перевернуто вверх дном, вещи разбросаны, словно здесь побывал ураган.
Я вздохнула, и привычная рутина уборки захлестнула меня. Пока я наводила порядок в квартире, мысли роились вокруг одной навязчивой идеи: как найти Кэзухиро? Без него я была привязана к Лос-Анджелесу, словно якорем. Его вещи аккуратной стопкой ждали его на кровати. Открыв шкаф, я отшатнулась в ужасе. Два пистолета, зловеще поблескивающие сталью, и россыпь магазинов к ним. Пересохшее горло заставило меня сглотнуть. Я нерешительно склонилась к оружию, провела пальцами по холодной гравировке на рукояти. Попытка заправить обойму оказалась провальной, и я, смирившись, погрузилась в изучение туториалов. Час спустя, с дрожащими пальцами, я все же справилась с этой задачей. Спрятав пистолет и обоймы в сумку, я покинула квартиру, щелкнув замком. Снова взгромоздившись на мотоцикл, я помчалась к маяку. Через двадцать минут я уже стояла у его подножия. Осторожно поднявшись наверх, я замерла перед дверью. Сглотнув, я толкнула ее. Внутри были они – те же самые мужчины. Не раздумывая, я выхватила пистолет и, обуянная безумием, выпустила в них обе обоймы. Они рухнули замертво, а мое тело пронзила дрожь. Неужели я сделала это? Неужели Кэзухиро превратил меня в это чудовище? Я подошла к бездыханным телам и схватила рацию одного из них. Из динамика донесся мужской голос: