Я оглянулась и лишь сейчас осознала: мотоцикл мальчишки остался по ту сторону лабиринта. С неохотой развернувшись, я зашагала обратно, пистолет по-прежнему нацелен вперед. Каждый шорох в коридорах заброшенного здания отдавался гулким эхом. Пыль клубилась в воздухе, смешиваясь с затхлым, неприятным запахом. Благополучно миновав все препятствия, я вновь ступила на этот кислотно-зеленый пол, раздражающий до зубного скрежета. Впрочем, сейчас меня бесило абсолютно все! Если я не поспешу, Кэзухиро умрет, если уже не умер…
Влекомая неведомой силой, я снова заглянула в тот кабинет. Беглый осмотр стола – и взгляд зацепился за одинокое досье. Взяв его в руки, я пролистала страницы. Что… Джонс Райдер – родной дядя Льюиса по материнской линии, а Джонс Флауренс – сын Райдера… В голове начали складываться разрозненные фрагменты головоломки. Вот почему Льюис так настойчиво требовал, чтобы я наняла именно Флауренса для подрезки тормозов! Значит, здесь замешана целая семья…
Мое внимание привлекла фиолетовая флешка, затерявшаяся в пыли на столе. Я спрятала ее в сумку, рядом с досье Кэзухиро, и поспешила покинуть кабинет. Кислотный пол снова оказался под ногами, и в этот момент я услышала голоса. Спрятаться было негде, а тело словно приросло к земле. Я замерла, как загнанный зверь. Двое мужчин, лет тридцати, шли навстречу, оживленно беседуя. Обрывки фраз донеслись до меня: что-то о Райдере…
– Да, когда Льюис наиграется, его тоже уберем. Он слишком много знает. А Флауа вытащим из тюрьмы, и он станет новым боссом мафии. Льюис – всего лишь пешка.
Я съежилась, чувствуя, как внутри нарастает напряжение. Когда мужчины заметили меня, они мгновенно насторожились и потянулись к кобурам. Но я была быстрее. Два выстрела слились в один оглушительный аккорд. Пуля пробила лоб одному из них, выпустив наружу фонтан крови и мозгов. Второму я попала в ногу. Раненый взвыл от боли и попытался упасть, но я не дала ему этого сделать. Подскочив, я прикладом пистолета оглушила его, и он рухнул на кислотный пол, как подкошенный. Быстро обыскав их карманы, я нашла еще одну флешку и несколько патронов. Забрав добычу, я вновь двинулась в сторону мотоцикла. Время утекало, как песок сквозь пальцы, а каждое мгновение промедления могло стоить Кэзухиро жизни.
Добравшись до мотоцикла, я завела его с первого раза. Резкий рев мотора нарушил тишину заброшенного здания, и я вылетела из лабиринта, оставив позади трупы и гору вопросов. Кто такой Райдер? Какую роль он играет во всем этом? Кэзухиро же убил его… И почему Льюис решил избавиться от Кэзухиро? Вопросы роились в голове, словно потревоженные осы.
Гонка со временем продолжалась. Я неслась по ночным улицам города, словно тень, преследуемая собственными демонами. В голове крутились обрывки фраз, лица, имена. Все это складывалось в сложную, запутанную картину, в которой Кэзухиро был лишь одним из элементов. Но сейчас главное – спасти его.
Многоэтажка появилась передо мной. Вернув мальчишке мотоцикл, я виновато улыбнулась в ответ на его разочарованный взгляд, когда он понял, что бак пуст. Пулей метнувшись к подъезду, я зашагала внутрь и, отперев дверь, задвинула все засовы, будто запираясь от самой судьбы. Неплохо для Лос-Анджелеса – в моей нью-йоркской конуре о таком и мечтать не приходилось… Опустившись на диван, я включила телевизор, чтобы заглушить нарастающее беспокойство. В руках вертелись две флешки, хранящие чьи-то тайны. И тут из динамиков донеслось:
– Разыскивается девушка, около двадцати лет. Приметы: длинные белые волосы с челкой, голубые глаза, средний рост, телосложение среднее. Последний раз видели в Нью-Йорке.
На экране мелькнула моя фотография. Холодный ужас сковал меня, но луч надежды пробился сквозь мрак – розыск объявлен в Нью-Йорке, а я в Лос-Анджелесе.
– Разыскивается за подрез тормозов знаменитому гонщику, преступление совершено около полугода назад. Всем, кто обладает какой-либо информацией, просьба сообщить в полицию.
Я сглотнула, чувствуя, как пересыхает во рту. Значит, правда всплыла наружу, даже спустя столько времени. Собравшись с духом, я выдохнула и вновь сосредоточилась на флешках, пытаясь отвлечься от надвигающейся бури.
Кэзухиро
Я умер? Этот вопрос эхом прокатился в голове, когда я открыл глаза и обнаружил лишь беспросветную тьму. Не такой я представлял свою кончину. Мне казалось, как я разбиваюсь на какой-нибудь гонке, и люди оплакивают меня прямо на треке, а тут… от руки друга, какая мерзость… Неожиданно, тишину пронзили чьи-то шаги. Дверь распахнулась с грохотом, заставив меня зажмуриться от ударившего в глаза света.