Мир новый, замашки старые, оставшиеся ещё со времён её правления в школе, она до сих пор не свыклась с тем, что неплохо скатилась по лестнице местной иерархии, теперь она ничем не лучше любого пропащего. На её счету смерть – но она уже давно не считает это за грех, ведь не считает пропащих за людей, да она вообще мало кого считает за людей. Теперь смотря на Джонс мы уже начинаем менять своё мнение, недавно она была целеустремлённой девушкой, которая не собирается сдаваться. Но лишь сейчас мы видим высокомерный тон, доставшийся ей от матери, да в придачу и жестокость по отношению к ниже стоящим. Валери Джонс не такой уж и ангел, как может показаться с самого начала, ангелы не убивают…или мы ошибаемся? Этого мы никогда не узнаем, ведь вся Сивэлла давно перестала верить в ангелов и демонов, они верят лишь одному…своему правителю.
Что правильно, что неправильно, что правда, а что ложь – это давно уже стал решать лишь Питер, он дал им свободу от родителей, но за это он забрал их свободу себе, заставляя подчинятся его правилам, неписанным законам. Но и в этом есть хорошая сторона, не так ли? Он научил их быть не крутыми ребятами из школы, он научил их быть войнами. В чём отличие? Войны сражаются за то, во что верят, а верят они в Питера, если бы это не было не так, они бы давно подняли бунт, но, по всей видимости, игра стоит свеч. Он научил их выносливости в любых условиях, что поможет им всегда, что спасёт их, он действовал как спартанцы, не надеялся на естественный отбор, а сам отсеивал слабых. Может быть он не скидывал их во враг после рождения, но он проверял их на прочность.
И вот мы с вами приходим к выводу, что во всех есть что-то демоническое и в каждом есть что-то ангельское. То бишь не бывает ангелов и демонов и все крики про «Дьявол во плоти» или «Спустился с небес» – это просто чудом устоявшиеся нравственные идеалы и взгляды? Теперь ещё больше не по себе от этих сравнений и пускания слов на ветер, не знаю как вы, но я сейчас чувствую, что мне врут с самого рождения. Но всё же, давайте вернёмся в лагерь потерянных.
– Ты куда? – спросил один из пропащих, когда Джонс встала со своего места.
– Пойду искать выпивку, – развела руками она. – У вас скучно, – усмехнувшись, девушка побрела в лес, в поисках дома феи.
Двигаясь сквозь листву она вкрадчиво озиралась, следя за тем, чтобы не напороться на куст ядовитого растения, который мог расти где угодно, что пугало и заставляла остерегаться дьявольского растения. Наконец-то, найдя дом Аланы, она постучала, девушка с улыбкой на лице открыла ей дверь и пропустила, ставя перед ней чашку ромашкового чая.
– Давно ты не заходила, – улыбнулась фея, садясь напротив.
– Я к тебе по делу, – сказала Валери, ставя чашку назад.
– Чем могу помочь? – тут же улыбнулась Алана.
– Как выбраться с острова? – тихо спросила Джонс, надеясь, что он ничего не слышит.
– Без разрешения Питера – никак, – тяжело вздохнула фея.
– Не может такого быть, – развела руками Валери. – Везде есть лазейка.
Блондинка задумалась, устремляя взгляд в пол, пытаясь вспомнить, на чём можно подловить неуловимого Питера
– Сделка! – тут же воскликнула фея, – Сделка, в его игре невозможно победить, а вот составить сделку вполне реально, – заулыбалась фея.
– Что же мне ему предложить? Сомневаюсь, что айфон ему здесь понадобиться, – кинула ложку в чашку Джонс.
– Ай…что? – недоумевала Алана.
– Забудь это, – махнула рукой Джонс.
Постукивая одним пальцем по столу, Валери задумалась над тем, что можно предложить Питеру, ради свободы, ведь за «спасибо» он точно ничего не даст, это было фактом, который был виден невооружённым глазом. Но что тогда ему нужно? Что может быть нужно вечному мальчику, который может наколдовать себе практически всё, что угодно и обладает безграничной властью? Думаю, упаковка пластилина вряд ли может ему понадобится, также как и цветные мелки или приставка.
***
В это время Капитан вместе со своим «флотом» двигался сквозь лесные джунгли в поисках дома феи, которая, если не могла помочь в спасение дочери, но зато могла хотя бы на время приютить их, по старой дружбе с Капитаном, но зато время, что его не было эти джунгли настолько разрослись, что сейчас пробираться сквозь них было в сотни раз опаснее, чем когда он сам был здесь. Но его мысли сейчас занимало лишь то, что его дочь может в любую секунду лишится жизни от рук самого ненавистного врага, скорее всего именно это придавало ему сил. Ведь он всегда уделял больше времени Джастин, он боялся, что не сможет воспитать из него должного человека, тем самым забыв про дочь, которой пришлось всего добиваться самой. Это не значит, что он любил кого-то больше, кого-то меньше, тут слова идут о внимании, которое он уделял.