Валери всегда нужно было делать всё самой, не надеясь на чужую помощь. Сколько она себя помнит – все следили за Джастином, её мачеха и подавно больше уделяла времени собственному отпрыску, чем свалившейся ей на голову девчонке, возможно, она и любила Джеймса и была предана ему и Джастину, но было видно, что её отношения с Джастином куда теплее, чем с Валери. Это часто задевало девушка за живое, но понять то, что собственный ребёнок дороже было не так уж и сложно, у Джонс был лишь отец, да и тот отдал дочь на самовоспитание. А сейчас он, из чувства долга, идёт за ней, лишь потому что чувствует вину, что не сказал каких-то слов или не поддержал в нужный момент. Чистые намеренья были здесь лишь у двух людей, это у верного младшего брата и любящей подруги, которые были готовы на всё, они чувствовали, что должны вот и всё.
– Ждите тут, мне нужно набрать воды, я скоро вернусь, – сказал Капитан, отходя в заросли.
Подойдя к воде, он запустил руку под водопад, набирая флягу, после чего повязал её на пояс и уже собирался уходить, как на камне заметил знакомый хвост и золотистые волосы.
– Капитан, не ожидала, – ухмыльнулась русалка. – Ты по делу, или погостить?
– Не твоё дело, плыви куда плыла, Ирма, – фыркнул он, идя в нужную сторону.
– Хорошо, заодно и привет Валери передам, – рассматривая свои ногти, сказала она.
Капитан остановился, после чего обернулся в сторону Уайт, которая ухмылялась, смотря на заинтересованное лицо пирата.
– Ты знаешь мою дочь? – спросил он.
– Да, болтали вчера, – она взглянула на Джонса. – И знаешь где? На берегу синего озера, – склонила голову на бок она.
Он опешил, сжимая кулаки и смотря в сторону улыбающийся русалки, которую эта ситуация явно забавляла.
– Я вот долго думала, – она легла спиной на камень, где сидела, – как первая девчонка, которая жива спустя день, в Сивэлле могла попасть туда? Ведь, как мы все знаем, на его территорию могут войти лишь магические существа, – продолжала русалка. – Но потом я вспомнила её голос, знаешь, такой знакомый, будто я его уже где-то слышала, – продолжала изголяться Ирма. – И тут я вспомнила! Много лет назад, когда ты покидал Сивэллу, здесь появилась ведьма, как её там, – она щёлкала пальцами, пытаясь вспомнить.
– Николь Свон, – ответил за неё пират.
– Точно! – с долей иронии произнесла Уайт. – Она была единственной кто смог покинуть остров не то, чтобы без разрешения Тернера, она осталась даже им незамеченной и я не собираюсь списывать это на его молодой возраст, – она взглянула на мужчину, который уже сжимал кулаки. – Как думаешь, что будет, когда Питер узнает, что на его острове прямой потомок самой жестокой ведьмы за всю историю волшебного мира? – вскинула брови русалка.
– Чего ты хочешь? – злобно сказал Капитан.
– Того же, чего хотят все здесь, – развела руками она. – Я хочу свободы!
Покинуть этот остров.
– Будет тебе свобода, – прыснул он, разворачиваясь и двигаясь в сторону поляны, он и так изрядно задержался, разговаривая с русалкой.
Выйдя к остальным он повёл их в ту же сторону, куда двигался до этого, но теперь мысли были заняты куда худшими предположениями, ведь мало того, что его дочь приглянулась самому жуткому злодею в истории, так ещё и она является такой сильной ведьмой, сама того не зная, но, как мы знаем, неизвестность порой является сильным оружием, не зная о себе ничего, она спасает саму себя. Вдруг, он завидел знакомый домик, после чего облегчённо улыбнулся и поспешил к нему, тут же постучав.
– Ты что-то забыла? – не смотря на гостя, сказала Алана. – Капитан! – как умалешённая закричала фея, смотря на своих гостей. – Проходите, – открывая дверь, сказала она, озираясь по сторонам, как бы никто не заметил, что она впускает в дом Капитана.
– Это дом феи? – спросила Бекка.
– Бывшей феи, – подметила Алана, проходя мимо и наливая всем чай. – Не знала, что ты вернёшься сюда, Джеймс, – сказала она, ставя чайник на стол.
– Мы тут по делу, – сказал он. – Ты знаешь Валери?
– Валери? Конечно! Вы с ней разминулась, она пару минут назад была здесь, – улыбнулась фея.
Но спустя минуту она пожалела о каждом своём слове, по её слуху ударил душераздерающий крик, а кости внутри девушки начали будто ломаться, заставляя её упасть и корчится от боли. Хруст костей был слышен на весь дом, из глаз прыснули слёзы, а всё тело будто ломали и собирали назад. Она пыталась кричать от боли, но ничего не вышло, из её рта начинали вываливаться зубы, так, будто их вырывали пласкагубцами. Секунда и всё прекратилась, а жуткая боль разливалась по всему телу, заставляя блондинку протяжно стонать.